Посмотреть в лицо художнику
Сто художников трёх веков разместились в залах Музея изобразительных искусств (ЕМИИ, пер. Воеводина, 5). Не персонально, конечно, и всё-таки лично — лицами. Портреты художников в западноевропейской гравюре XVI—XVIII веков из собрания Государственного Эрмитажа представляют нам тех, чей облик мы знаем гораздо меньше, чем их произведения, а то и вовсе не знаем.
Куратор экспозиции от нашего музея, заведующая отделом отечественного и зарубежного искусства ЕМИИ Ольга ГОРНУНГ познакомила нас с этой дамой на гравюре. Француженка Луиза Элизабет ВИЖЕ-ЛЕБРЕН — академик Королевской Академии живописи, писала в Версале портреты МАРИИ-АНТУАНЕТТЫ, была придворной художницей королевы, путешествовала по Европе и бесконечно работала. В июле 1795 года приехала в Санкт-Петербург, где создала галерею портретов аристократов, стала почётным членом Академии художеств. По признанию самой мадам, несколько лет в России — ярчайший период её жизни. 14 портретов из сотен ею созданных находятся в Эрмитаже. А эта гравюра в оригинале возвращает нам романтичный и прекрасный облик талантливой женщины-живописца, «обласканной судьбой», как писал о ней биограф.
Для зрителя, разумеется, гораздо важнее знать и воспринимать творчество художника, чем лицезреть его внешность. Однако выставка западноевропейской портретной гравюры убеждает, что и сам облик творцов не второстепенен. Экспозиция из Эрмитажа представляет нам одновременно и уникальные произведения искусства — собственно эти гравюры, и лица художников — людей интереснейших судеб.
— Эти гравюры созданы с высочайшим мастерством, забытым в наше время. Разные техники, но посмотрите, какая точность. Только линиями, светом и тенями выразительно переданы индивидуальные черты каждого лица, и даже фактура драпировок и одеяний… — рассказывала нам создатель концепции выставки и её куратор от Эрмитажа, старший научный сотрудник ГЭ Ниёле МАСЮЛИОНИТЕ.
Портрет и автопортрет для художников в те далёкие от нас три столетия (XVI—XVIII) был не только продолжением художественной традиции, но и своеобразным пиаром — утверждением социального статуса творца. Кроме того, сам художник был для себя «дешёвой» моделью, которая всегда рядом и позволяет оттачивать мастерство. Благодаря этим портретам мы можем сегодня вглядеться в лица тех, кто составил славу мирового изобразительного искусства — художников из Италии, Голландии, Германии, Франции… ВАН ДЕЙК лично воспроизвёл в гравюрах и себя, и учеников — его работы занимают одну из музейных стен. РЕМБРАНДТ собственноручно создал в офорте свой автопортрет. Имя Адама фон БАРЧА известно каждому искусствоведу, и, как поведала нам куратор выставки от ЕМИИ Ольга Горнунг, есть даже расхожее выражение, почти обезличенное: «посмотреть в Барче» — то есть в его каталогах. Теперь мы знаем знаменитого историка искусства из Вены в лицо и видим по авторскому портрету, что он был выдающимся гравёром.
Питер БРЕЙГЕЛЬ (Мужицкий) и Ян БРЕЙГЕЛЬ (Бархатный), РУБЕНС, ВАТТО, БУШЕ, Джошуа РЕЙНОЛЬДС, Жак КАЛЛО, ТИЦИАН, ТИНТОРЕТТО… И ещё, и ещё… Лицо как документ времени носит отпечаток прожитой жизни, таланта, страстей. Портреты создавались тогда, когда портретируемые жили и здравствовали. Выставка называется по латыни: Fecit ad vivum, то есть «Созданы при жизни». Искусствовед из Эрмитажа Ниёле Масюлионите, кажется, знает всё об изображённых на гравюрах художниках: она — составитель и автор статей солидного каталога-альбома, изданного в Екатеринбурге усилиями двух музеев под патронатом управления культуры нашего города. Среди великих, легендарных, знаменитых были свои «моцарты» и «сальери». Так, МИКЕЛАНДЖЕЛО всегда вызывал зависть некоторых собратьев по искусству, и сломанный завистником ещё в годы учёбы нос на гравюре с автопортрета — тому свидетельство. А вот ДЮРЕР не оставил автопортрета в гравюре, хотя мы знаем его лицо по живописным работам. Его профиль запечатлел в гравюре на дереве в 1527 году художник и современник Эрхард ШЁН из Нюрнберга.
Кисти во все времена остаются неизменными, как и резцы, каталки и прочие гравировальные инструменты, представленные в музейной витрине. Посреди одного из залов — офортный станок, подаренный музею художником Владимиром ГАЛЕЕВЫМ. И, как уверяют директор ЕМИИ Никита КОРЫТИН и заместитель директора Государственного Эрмитажа Владимир МАТВЕЕВ, за три минувших века он технологически мало изменился. У офортного станка мы и припомнили, что эта выставка в ЕМИИ уже вторая из Эрмитажа всего лишь за год. В ноябре 2012 года открылась экспозиция «Дворцы, руины, темницы» из собрания графики итальянца ПИРАНЕЗИ и была с нами до середины февраля нынешнего года. Эта портретная выставка гравюр тоже будет долгой — до 9 февраля 2014 года. Кстати, здесь мы встретили и автопортрет старого знакомого Джованни Баттисты Пиранези. Эрмитаж «зачастил» в екатеринбургский музей, и это так же прекрасно, как и представленные им произведения искусства.
