Почему выживет драма

В начале июня в наш город приезжал всемирно известный драматург Валентин КРАСНОГОРОВ. Его визит был связан со спектаклями по его пьесам, которых за свою 80-летнюю жизнь он написал более 50. Более 300 постановок в профессиональных и столько же — в любительских театрах. Его пьесы переведены на 33 языка. Они с успехом идут в Индии, Австралии, Албании, Англии, Болгарии, Германии, Монголии, Польше, Румынии, США, Чехии, Словакии, Черногории и в России.

Российский Екатеринбург не исключение. В день визита драматурга (8 июня) в Театре музыкальной комедии (пр. Ленина, 47) состоялась премьера «Милых грешниц» — мюзикла Валентина Красногорова. А для всех, кто хочет научиться писать пьесы и ставить их на сцене, маэстро провёл мастер-класс.

«Трижды народный, фамилию забыл» — так самоиронично начал он своё выступление в учебном театре Екатеринбургского театрального института (ул. Карла Либкнехта, 38). И три часа делился своими знаниями, несмотря на усталость и севший голос. Правда, народу было немного: в прохладе зала я насчитала около 15—20 человек.

А после драматург ответил ещё и на несколько моих вопросов.

— Выживет ли драма в современном мире, где все предпочитают кино и ютюб?

— Драма выживет, и вот почему. У неё есть своя ниша, которую никто не заменит. Театральная драматургия — это не кинодраматургия, у которой свои огромные плюсы. Но кино никогда не заменит театр. А театр не может заменить кино. Даже если в обозримом будущем изобретут какие-то невероятные новые электронные устройства, людям нужен будет живой актёр. Театр переживает не лучшие времена. Но пройдёт три, четыре, пять лет — и драматургия снова расцветёт. Сегодняшний упадок вызван социальными явлениями. Он может длиться несколько лет. Но потом он проходит.

Доктор технических наук по образованию, Валентин Красногоров влюбился в драму, потому что «пьеса — это конструкция». Без конструкции, по его словам, нет и пьесы. А чтобы её выстроить, нужно ясное мышление, а не приступы вдохновения. Нужны рациональность, планирование. Всё как в чертеже. Однако сами комедии и трагедии Красногорова глубоко человечны, пронзительны. Помню, незадолго до встречи, поставила себе задачу прочитать хотя бы одну. А зачитавшись, не смогла оторваться с 10 вечера до самого утра!

— Внутри меня сидит персонаж. Если я его чувствую, я пишу, — признался Валентин Красногоров.

Видимо поэтому, читая «Комнату невесты», вы подумаете, что её писала женщина.

Казалось бы, успех за границей должен был сделать Красногорова человеком, который «смотрит на Запад». Но нет.

— Россия мне ближе всего. Я очень люблю Петербург, особенно «Новую Голландию». Я всем иностранцам говорю, что Петербург — самый красивый город на земле. Они возражают: «ведь вы там родились». Но побывав у нас, соглашаются.

— Верите ли вы в Бога и какой он драматург?

— Нет, не верю, особенно сейчас, когда это стало модно. Бог плохой драматург! Столько зла, столько крови, страданий, несовершенств, проблем в личной жизни…. Но я глубоко уважаю верования людей и не хочу их оскорблять.

— Если бы вы знали, что проживёте вечно, чем бы вы занялись сейчас?

— Помните, в одной газете опубликовали шуточное интервью с верблюдом? У него спросили, кем бы он хотел прожить всю оставшуюся жизнь. И он ответил: верблюдом. Не человеком, не кошкой, не змеёй, а именно верблюдом. Вот и я хочу заниматься тем, чем я занимаюсь.

— Валентин Самуилович, пойдёмте! В театр опоздаем, — позвал драматурга молодой человек. И агент драматурга быстро увёл его за собой.