«Не всё ли равно, на чём летать?..»
Знаменитый режиссёр-мультипликатор, драматург большинства своих фильмов, обладатель Каннской «Золотой пальмовой ветви», отечественной Государственной премии и множества других наград Гарри БАРДИН впервые встретился с екатеринбуржцами лично.
Пегас в подарок
Можно построить летучий корабль, как это сделал влюблённый Иванушка в мультфильме, а некоторым по душе конь поэтов по имени Пегас. Такой изящный «транспорт» с крылышками сделали для мэтра анимации студенты Уральской архитектурно-художественной академии. Подарок гостю вручил тот, кто его пригласил, — председатель правления Свердловской организации Союза кинематографистов РФ Владимир МАКЕРАНЕЦ. И вот тогда-то, принимая маленького Пегаса, создатель «Летучего корабля», «Чучи», «Конфликта», «Гадкого утёнка» и множества других фильмов, прославивших отечественную анимацию в мире, сказал: «Не всё ли равно, на чём летать?..» Главное слово — летать.
Первая в Год кино звёздная творческая встреча 5 марта в Доме кино (ул. Луначарского, 137) завершилась так полётно. А началась иначе. Режиссёр поделился с нами горечью негодования:
«Сегодня в Москве завалили цветами сталинскую могилу у Кремлёвской стены. Это ужас…»
Почему режиссёр считает это ужасным, объяснять нашей публике Бардину не пришлось. Те, кто любит его фильмы, понимает почему. Те, кто любит, заполнили Большой зал Дома кино так, что он оказался маленьким. Даже режиссёру места не хватило. Конечно, его пытались усадить в кресло, но он предпочёл смотреть вместе с нами, присев на ступеньки. Как студент, а не мэтр.
Грязь, бетон и цветы
«Адажио» (2000 год) на музыку АЛЬБИНОНИ — бумажный мультфильм. Бардин лепит свои фильмы из пластилина (трёхмерные), населяет их куклами, создаёт из верёвочек, из спичек, из кусочков проволоки. А тут — оригами. В серой толпе человекообразных «птиц» появляется новый персонаж — с таким же острым клювом, с такими же забывшими о полётах крыльями, как у всех. Но он — белый. Серые поражены его белизной, идут за ним с восхищением и доверием. Откуда ни возьмись, прилетает комок грязи. Серые «птенчики» шалят. К чистому грязь не пристаёт. Толпа раздражена отсутствием пятен, окружает белого, смыкается. Белая бумага растерзана. Но мелкие её клочки вновь собираются в белую фигуру, и она летит в синее небо. Серые обалдели, заскорбели, вооружились портретами со светлым образом, а впереди шествия идёт такой же, как они. Этот не разочарует, ведь грязь на нём не видна по понятным причинам — он чёрный.
Под фрагменты симфонии № 7 и «Оды к радости» БЕТХОВЕНА в записи Национального филармонического оркестра под управлением Владимира СПИВАКОВА мы видим в новом фильме Бардина «Слушая Бетховена» (2015 год) убедительную неистребимость свободы. Зелёные ростки на площади уничтожают какими-то пылесосами на гусеничном ходу, чтоб была гладко-серой, затем за дело берутся механизмы-монстры, бросают убитые растения в мусоросборники. Трава-упрямица всё прорастает, и крошечные деревца распускают кроны. Надо залить бетоном. И залили. Наутро площадь взорвалась цветением. Этим цветам не бывать подношением к усатому бюсту у Кремлёвской стены.
Мелодии любви
Фильм «Слушая Бетховена» создан с помощью народного финансирования. Гарри Яковлевич рассказал, что заняться краудфандингом ему посоветовал юный знакомый, когда не хватало средств, выделенных минкультом на картину «Три мелодии» (2013 год).
— Считал, что неловко. Слово «краудфандинг» учил долго, пока выговорил. Убедили. Мою просьбу в Интернете поддержали обращениями друзья — покойный Эльдар РЯЗАНОВ, Володя Спиваков, Алексей КОРТНЕВ… Зрительских денег хватило не только на выпуск фильма, но и на штрафные санкции, которые присудил министр МЕДИНСКИЙ за перенос срока его выхода…
В «Трёх мелодиях», созданных с помощью зрительской любви, — три мелодии: «Элегия» МАССНЕ, композиция Луи АРМСТРОНГА Let my people go и «Рондо» СЕН-САНСА. Три части фильма соответственно говорят о вечном круговороте жизни («Рондо»), о чувстве единения в свободе («Исход» по Армстронгу), о безоглядной любви… В этой «Элегии» пластилиновые парень и девчонка, отвязные, развязные, эгоистичные, не слышащие мира вокруг в наушниках от плеера, буквально сталкиваются лбами. Это их «солнечный удар». Мимо летит по лестнице коляска с орущим младенцем, как в «Броненосце Потёмкине», рушится мост, по которому они только что прошли, терпит крушение самолёт, взрывается где-то атомным грибом бомба, ведро с раствором ухает прямо на голову незадачливому строителю… Они идут рука в руке, не замечая катастроф, людей, времени. Только жующие жвачку челюсти плавно двигаются в элегическом трансе, в такт ногам. Вдруг — музей, жвачка вынута из ртов и, не глядя, приклеена на грудь «Моны Лизы», к причинному месту первого человека в «Сотворении Адама». Элегия этой любви оказалась короткой — как чуин-гам изжевать.
Хлёсткое движение
Гарри Яковлевич Бардин работает с 1991 года со своей командой на своей студии «Стайер». А начинал на «Союзмультфильме»: «Летучий корабль», «Пиф-паф, ой-ой-ой»…
— Как и большинство зрителей в СССР, я любил именно рисованные мультики. «Летучий корабль» сочинял вместе с Максимом ДУНАЕВСКИМ — первый свой музыкальный фильм. Захотелось потом, чтобы и куклы, как в рисованной анимации, обрели хлёсткое движение, а не двигались подобно пациентам реабилитационного отделения после инсульта. В пластилине же работаем как скульпторы. Изображение не «блин», а трёхмерное, и выражение лиц персонажей меняется не с помощью заранее заготовленных голов с разной мимикой, а прямо на пластилиновой фигурке.
Мы посмотрели и пластилинового «Кота в сапогах», который, несмотря на год создания (1995), к сожалению, остаётся актуальным, и пластилиновый же «Брэк!» (1985). Об этом мультипликационном боксёрском поединке, озвученном Михаилом ДЕРЖАВИНЫМ и Зиновием ГЕРДТОМ, Бардин рассказал весёлую историю:
— Когда фильм показывали в США, американцы напряжённо вслушивались, о чём же говорят темнокожий боксёр и его тренер. Вроде бы по-английски, а ничего непонятно. Потому что это абракадабра. То же и с итальянскими персонажами. Рефери у нас испанец. Я попросил Зяму (Гердта), который с образцовским «Необыкновенным концертом» объехал весь мир и мог высказаться на любом языке, произнести единственную фразу персонажа по-испански, любую. И Гердт всякий раз, когда рефери давал команду к очередному раунду, говорил за него: «Аста маньяна!» В Мадриде зрители сползали с кресел от хохота. А вы знаете, что это? Совершенно верно: «До завтра!»
Назавтра, 6 марта, была вторая встреча с ретроспективным показом. Свободный вход на обе. Гарри Бардин снова повторил, что он — счастливый человек. Потому, что делает только то, что хочет делать, и так, как считает нужным. Потому что у него замечательная команда. И потому, что знает, каким будет следующий фильм: «Благодаря зрителям есть этот шанс работать. Придумал новое кино и покажу его. Вам!..»
