Наш Пиранези: находка в находке

Выставка офортов Джованни Баттисты ПИРАНЕЗИ (1720—1778) «Дворцы, руины и темницы» открылась в Музее изобразительных искусств (пер. Воеводина, 5) ещё 14 ноября 2012 года. Но и в завершённой экспозиции из собрания Государственного Эрмитажа, оказывается, могут совершаться новые открытия. 11 января выставка была дополнена ещё одной работой итальянского мастера. Теперь в залах ЕМИИ не 60 офортов, как было до этой даты, а 61. «Дополнение» — единственная гравюра эрмитажной экспозиции, где на табличке указано: «Екатеринбургский музей изобразительных искусств».

Заведующая сектором зарубежного искусства Мария ГОРДУСЕНКО представила находку на её «премьере». Мария, как искусствовед, и занималась атрибуцией нашего Пиранези. Офорт находится в музейных фондах с середины 1960-х годов, приобретён у частного лица. Работа высокого качества и отличной сохранности, но до сих пор считалось, что она создана одним из сыновей великого художника — Франческо Пиранези. Подготовка к выставке из Эрмитажа стала поводом возобновить исследования офорта, и наконец-то его авторство установлено…

Екатеринбургская находка называется «Внутренний вид храма Канопуса на вилле Адриана» и относится к серии офортов «Виды Рима». Венецианец по рождению, Джованни Баттиста Пиранези был страстным поклонником Вечного города, римской имперской идеи, героизировал римскую историю и мифологизировал каждый объект — будь то Колизей или Форум, Пьяцца дель Пополо или фонтан Треви. Он менял пропорции зданий, делая их в «бумажной архитектуре» ещё более внушительными. Находил неожиданную точку обзора, с которой величественное сооружение представало грандиозным. Пиранези работал над «своим Римом» всю жизнь.

Екатеринбургская находка соседствует с этим «Видом Римского форума» из Эрмитажа. Фото: Екатерина ФОМИНЫХ.

То, что произведение, находившееся в фондах ЕМИИ полвека, создано в духе этих «Видов Рима» и принадлежит художнику, владевшему методом Пиранези, музейщикам было ясно с самого начала. Потому, собственно, офорт и приобрели в коллекцию. В определении же точного авторства встретились трудности. Вернее, одна трудность. В заблуждение ввела собственноручная (это сомнений не вызывало) подпись создателя гравюры: «Piranesi F.». Решили, что «F.» — сын великого художника Франческо Пиранези, который хоть и не достиг в творчестве высот отца, но был достаточно умелым гравёром и, наверное, мог бы стилизовать офорт «под Пиранези-старшего».

Когда в нашем музее стали готовиться к размещению гостевой выставки из Санкт-Петербурга, из Эрмитажа, тут-то об офорте и вспомнили. И снова приступили к его атрибуции. Непосредственно этой работой занялась молодой искусствовед, заведующая сектором зарубежного искусства Мария Гордусенко. И… Вот что значит свежий взгляд! Изыскания позволили установить, что Пиранези, оказывается, иногда ставил на работах рядом со своей фамилией «F.». И эта буква — не инициал сына, а первая в латинском слове «fecit», то есть «сделал». Верность атрибуции подтверждена коллегиально на учёных советах ЕМИИ, рассмотревших аргументацию искусствоведа. Специалисты из Эрмитажа, приехавшие в Екатеринбург, высоко оценили эту работу (и Пиранези, и нашего музея), согласились с выводом коллег и с присоединением вновь обретённого, возрождённого из фондов ЕМИИ офорта к уже открытой экспозиции «Дворцы, руины, темницы» Джованни Баттисты Пиранези.

Мария ГОРДУСЕНКО представляет офорт ПИРАНЕЗИ из фондов ЕМИИ. Фото: Дарья ЗВЕДЕНИНОВА.

Искусствовед Мария Гордусенко рассказала нам:

— Сам сюжет офорта «Внутренний вид храма Канопуса на вилле Адриана» указывал на Пиранези. Венецианский архитектор, работавший в Риме, был ещё и незаурядным археологом, знатоком античности. Здесь, в полуразрушенном античном храме, изображено реальное событие: археологи на раскопках обнаружили погребённый завалами мостик. Правда, в этом офорте Пиранези, верный себе, вряд ли соблюдал аутентичные пропорции строения. Фигурки людей в загадочном полумраке слишком малы по сравнению с архитектурными деталями, буйно поросшими плющом. Но находка римских археологов была в действительности. И можно сказать, что наш музей этой гравюрой представляет зрителям «находку в находке».

В залах музея разместились четыре серии офортов Пиранези из Эрмитажа: Prima Parte, «Темницы», «Гротески» и «Виды Рима». Екатеринбургский «Вид храма Канопуса…» соседствует с «Видом Римского форума» и «Видом моста и замка Св. Ангела», расположившись на «персональной» колонне. Место пустовало с ноябрьского вернисажа — было специально зарезервировано для нашего Пиранези в зале офортной серии «Виды Рима».

На выставке, которая продлится до 24 февраля, теперь 61 офорт. А только один петербургский офорт Пиранези не делал — не «F». Это портрет художника, созданный его современником в стилистике легендарного венецианского архитектора: живое лицо словно венчает античную статую…