Воду очистить можно. Но лучше «закрыть» трубу
Качество питьевой и горячей водопроводной воды в Екатеринбурге зависит от слишком сложной суммы факторов, чтобы пытаться решить эту проблему только на одном узком участке водного «фронта». По крайней мере участники тематической пресс-конференции в РИЦ «ТАСС-Урал», посвящённой контролю за содержанием воды в наших кранах, не пришли к чёткому выводу, кто виноват и что делать.
Впрочем, поиск виноватых — дело, как известно, неблагодарное и малопродуктивное. В самом деле — кого наказывать за хлорный привкус в холодной и сероводородный смрад в горячей воде, поступающей к потребителям в период отопительного сезона? Даже заместитель руководителя управления Роспотребнадзора по Свердловской области Илья ВЛАСОВ вынужден был признать: большинство поверхностных водоисточников, из которых питается Екатеринбург, не имеют согласованных с надзорными органами зон санитарной охраны. То есть сама вода из Волчихинского, Нижне-Макаровского и Верх-Исетского прудов теоретически может нести в себе вредные металлы и следы загрязнения бытовыми отходами. Куда смотрит «Водоканал», имеющий на своём балансе Западную фильтровальную станцию? А «Водоканал», между прочим, прилагает все силы, чтобы дать в наши краны безопасный продукт: по словам начальника центральной лаборатории МУП «Водоканал» Людмилы БРУСНИЦЫНОЙ, за прошлый год всего лишь 0,25% лабораторных проб воды, поданной предприятием в распределительные сети, показали превышение норм её цветности, 0,1% — мутности и порядка 7% — повышенный уровень железа. Причём, как уверяет Лариса Брусницына, это опять-таки не вина «Водоканала»: на самой фильтровальной станции благодаря ультрафиолетовым технологиям очистки и применению инновационных реагентов — в частности, дигидроксохлорида алюминия — железо из воды удаляется полностью.
Значит, проблема — в состоянии подающих сетей, 70% которых устарело и требует капитальной замены? Но за состояние сетей в Екатеринбурге отвечает не только водоснабжающая организация, но и хозяева теплоцентралей (по которым в зимний период в наши дома идут и тепло, и горячая вода). И здесь, увы, звучит та же песня: качество ГВС низкое, она отчётливо пахнет сероводородом, но это следствие общей загрязнённости сетей, в которых скапливаются органические и неорганические остатки, а потом, когда температура воды в трубах повышается, эти остатки начинают усиленно разлагаться и выделять коварный H2S. По крайней мере в таком положении вещей уверен главный инженер СТК Андрей ШМЕЛЬКОВ. По его мнению, главная проблема здесь в так называемой «обратке», воде из систем отопления, которая при нынешней «открытой» модели горячего водоснабжения постоянно попадает при циркуляции из теплосетей в сети ГВС.
Как так происходит? Может, энергетиков спросить? Но, оказывается, и энергетики тут тоже не особо «при делах». По словам заместителя директора Среднеуральской ГРЭС Дмитрия КАЗАРИНА, вся вода, поступающая из Волчихинского пруда на станцию, очищается и обеззараживается диоксидом хлора. А «обратка» поступает на СУРГЭС из теплосетей, там смешивается с «подпиточной» водой, нагревается до нужной температуры, очищается от примесей сероводорода. И… правильно, пускается по трубе обратно в тепловые сети — где и происходит, видимо, роковой сбой в системе, из-за которого горожане в зимние месяцы опасаются посуду мыть и ванну принимать.
Что же делать? Можно, конечно, уповать на пневмогидропромывку систем отопления — но она, по мнению представителя СТК, не способна очистить трубы настолько, чтобы вода вторично не загрязнялась. Меры дезинфекции в отношении органики более эффективны — но по закону управляющие и теплоснабжающие компании обязаны производить её только при запуске новых сетей или после капитального ремонта магистрали. А тратить миллиарды рублей на постоянную очистку воды, поступающей с ГРЭС и ТЭЦ, — дело неэффективное. К тому же новые реагенты, используемые «Водоканалом» для фильтрации воды с Волчихи и ВИЗа, применительно к воде с той же СУГРЭС абсолютно бесполезны, сетует заместитель технического директора по эксплуатации МУП «Водоканал» Кирилл ШУТОВ.
Впрочем, чисто теоретически выход из «водного клинча» всё же имеется, хотя он не менее затратен по деньгам. Это перевод всей системы теплоснабжения и горячего водоснабжения Екатеринбурга на так называемую закрытую схему — когда тепло и горячая вода подаются потребителям по автономным сетям, никак друг с другом не связанным. Примерный «дедлайн» окончания этого проекта — 2022 год. До этого, видимо, горожанам придётся уповать на новые системы очистки воды на ЗФС (технологии деманганации воды, например, «Водоканал» собирается внедрить там к 2020 году), перекладку наиболее изношенных тепломагистралей СТК, ремонт внутридомовых разводок — ну и на уникальную систему биомониторинга, разработанную «водоканальцами» по типу аналогичных систем в Москве и Санкт-Петербурге.
И самое главное — ни в коем случае не покупаться на «чудо-фильтры» по 60 000 рублей за штуку, которые сегодня буквально навязываются горожанам разного рода шарашкиными конторами под предлогом заботы о здоровье потребителей. Мало того, что представители этих фирм откровенно обманывают пенсионеров, представляясь сотрудниками администрации города и принуждая клиентов брать банковский кредит на приобретение своих девайсов — по словам Ильи Власова, вода после фильтрации в таком устройстве становится дистиллированной, то есть полностью очищенной и от вредных, и от полезных элементов.
А это, согласимся, ничуть не безобиднее для здоровья, чем надоевшая всем нам «обратка».
