А поутру они проснулись… В другой стране
Оказывается, вполне можно в России открыто митинговать, вывешивая над головами транспаранты с жёсткими требованиями, говорить нелицеприятные слова в адрес власти и конкретных её носителей и одновременно освистывать словоблудие демагогов-ораторов, зовущих на баррикады, одёргивать затесавшихся в толпу националистов и приструнивать случайных молодцев, для которых сбор людей — всего лишь возможность развлечься, а удастся — и «поразмяться». Да ещё и по окончании всего этого разномастного и разнонаправленного действа наблюдать, как митингующие жмут руки полицейским. За то, что в данном конкретном случае те смогли обеспечить безопасность участникам мероприятия. И, что ещё, наверное, более важно, — просто прохожим.
Если бы это показали, скажем, 2 декабря 2011 года — не поверил бы. Впрочем, такой картинки не было ещё и 5—8 декабря; было иное: граждане хотели выразить своё мнение по поводу организации и проведения выборов, и им даже кое-где это позволили сделать, но главенствовали в информационном поле всё-таки стычки с полицией и массовые задержания митингующих. Но и это становилось известно только в Интернете, звучало на радиоволнах и телеканалах узкого сегмента вещания. Указание главным общероссийским телеканалам показать уличные собрания поступили, по не вызывающей у меня сомнения версии наших источников, непосредственно из Кремля.
И страна узнала обо всём — ну, почти обо всём, — что происходило в субботу в Москве, Питере, Екатеринбурге, Новосибирске, Челябинске, Хабаровске… В столице России собрались, по оценкам полиции, порядка 30 тысяч человек (организаторы говорят о 45 тысячах), в Питере — 5 (7) тысяч, в Екатеринбурге — 1,5 (3) тысячи и т. д. Конечно, всего по стране наберётся менее 100 тысяч — но такого не было с середины 1990-х!
Однако, повторю, практически везде всё прошло без эксцессов, несмотря на то, что не везде митинги были разрешены (или состоялись не только в том месте, где были разрешены, — как у нас в Екатеринбурге, например). И в том надо отдать должное как властям городов, правоохранителям, так и организаторам. Люди своё мнение высказали — власть, надо полагать, его услышала; и теперь ничего не остаётся, как переходить от митинговой экзальтации, с одной стороны, и командирского властного пренебрежения, с другой, — к реальной политике, суть которой не противостояние, а конструктивный диалог.
Причём чем быстрее власть уйдёт от стереотипа, что есть «мудрое государство» и «неразумные подданные», — тем проще будет этот диалог выстроить. Потому что Конституцией (день рождения которой мы отмечали вчера) закреплена простая истина, что главнее в Отечестве народ, а потому глас народный — есть повод для анализа деятельности государства и носителей его функций. А проверкой, верной ли идём дорогой, должны стать выборы. Тогда давайте и проводить их честно, без административного ража. Чтобы на корню пресечь любые попытки тех, кто, в общем-то, не о России, регионе или городе печётся, а норовит «выслужиться» перед вышестоящими начальниками.
Но и гражданское общество, если оно желает перемен, — его лидеры и глашатаи, если они ответственны, — также обязаны сделать шаг: в осознании собственного достоинства. Чтобы не идти на поводу у тех, кто за счёт промахов власти и энергии несогласных пытается достичь своих личных узкокорыстных целей: разыграть всё ту же пресловутую «национальную карту», к примеру, или «поразмяться».
Екатеринбург, как мне кажется, показал на выборах то состояние общества, которое истинно на данный момент для городской среды мыслящей России — потому что у нас не только экономика диверсифицирована, но и политическая жизнь в развитии. Дали избирателям полную свободу волеизъявления — получили реальную картину. Что ещё интересно: партия власти в региональном парламенте получила большинство — за счёт тех, кого горожане выбрали персонально, по одномандатным округам; значит, они голосовали за тех, кого знают по реальным делам, а не как ретрансляторов одних только партийных лозунгов.
Так что и наше городское сообщество требует перемен. И властям региона и муниципалитета предстоит крепко подумать, как скорректировать свою политику — в сторону людей и с учётом их мнения. Вообще-то выбор обеспечивается всей атмосферой жизни. Действительность надо видеть, чувствовать её такой, какова она есть, а не навязывать пропагандистские штампы о ней.
