Улика — как доказательство

Во время недавнего пресс-тура в областной Экспертно-криминалистический центр любопытные журналисты, конечно же, не обошли процедуру дактилоскопирования. Теперь их «пальчики» есть у экспертов. Как тут было последним обойтись без курьёзов из практики?

Не так давно житель Верхней Пышмы решил поживиться за счёт пожилых. Он выдёргивал из рук бабуль сумки и убегал. Поймали, «откатали» пальчики, но за недостаточностью улик отпустили. Грабитель не удосужился даже рук помыть — продолжил грабёж в ближайшем подъезде. Пока отнимал сумку у очередной жертвы, опёрся рукой о стену и оставил свой индивидуальный «след». По нему преступника и вычислили второй раз…

Уши и глаза — вот основные приборы

Сотрудники Экспертно-криминалистического центра предупредили журналистов сразу: во многих кабинетах нога пишущих и снимающих не ступала вовсе. И пока не ступит.

Хотя мы, признаться, размечтались: наверное, пощупаем оборудование как в телесериале о Федеральной экспертной службе, напичканной суперсовременными аппаратами. Нас разочаровали: «здесь не съёмочная площадка аналога американского фильма, здесь серьёзная, кропотливая работа с вещдоками. И иногда эта работа длится по нескольку месяцев. В зависимости от объёма исследуемого материала, от квалификации экспертов».

То, что они используют в нашем центре, дедовскими методами, конечно, не назовёшь, но впечатление такое, что всё держится на опыте сотрудников: руки, уши, глаза, знание законов химии и биологии, бухгалтерии и современных экономических процессов — вот самые главные приборы для исследований.

Однако каждого желающего с улицы в ЭКЦ не возьмут. Нужны знания. Экспертов-криминалистов в России готовят кафедры всего двух-трёх ведомственных вузов. И каждые 5 лет выпускники должны подтверждать своё право на государственную экспертизу. Правда, здесь востребованы и «узкие» специалисты, к примеру, бухгалтеры, биологи, химики.

Открывать же новые отделы и закупать в большом количестве современное оборудование не получается. По словам начальника организационно-методического отдела Олега КОСИЦКОГО, это — длительный и затратный процесс. Преступному миру, как вы понимаете, это только на руку. Там тоже есть свои специалисты: и технари, и биологи. «Химичат» так, что не подкопаешься…

Устройство подвластно любителю

В лаборатории взрыво-технических экспертиз нам хоть и не разрешили трогать руками фрагменты, но рассказали и показали, как на основании маленьких осколков можно установить конструкцию взрывного устройства, эквивалент взрывчатки и квалификацию изготовителя. По словам заместителя начальника отдела Кирилла АНТОШКИНА, глаз у взрывотехников уже намётан: чаще всего злоумышленники взрывают гранаты Ф1 и РГД-5, которые, по-видимому, тащат с армейских складов. Иногда попадаются самодельные устройства, например, встроенные в коробку обычной аудиокассеты. Одно из таких было обнаружено в 1998 году после попытки покушения на бывшего губернатора Свердловской области Эдуарда РОССЕЛЯ.

— Будь я сейчас одним из радиолюбителей, занимающихся в детском кружке, я бы сам смог разработать схему и изготовить такое взрывное устройство, — добавил Кирилл Аркадьевич. — Надо только знать, откуда взять сигнал и как подать его на детонатор.

Дольше всего приходится исследовать одежду, которая была на пострадавшем в момент взрыва, так как ткань может быть загрязнена другими веществами и так далее. Поэтому к взрывотехникам подключаются специалисты из других лабораторий.

Если волос, то желательно с луковицей

Более прочего оборудования впечатлил, конечно, ДНК-анализатор, который установили в медико-криминалистической лаборатории. Здесь производят ДНК-анализ, имея, к примеру, кровь, слюну или сперму. На вопрос, можно ли установить хозяина волоса с головы, специалисты пояснили, что можно, но для этого на анализ желательно представить волос вместе с луковицей, только в этом случае владельцу его уж точно не отвертеться. Старший эксперт Евгения СИЛС показала нам, как данные выводятся на монитор компьютера, где содержится информация о коде исследуемого лица.

Совсем другая обстановка царит в лаборатории экономической и бухгалтерской экспертизы. Здесь проверяют документы, свидетельствующие об экономических преступлениях: коррупции, неуплате налогов и т. п. Нам показали вещдоки только по одному делу — несколько больших мешков и коробок с документами. Главный эксперт Татьяна ПЕТРОВА посетовала, что работа с такими вещдоками занимает порой несколько месяцев. Не вся бухгалтерия хранится в электронном виде, поэтому приходится разбирать кипы бумаги.

Занимаются в центре и телефонными мошенниками, лжеминёрами. Как проходит идентификация по голосу, рассказал главный эксперт фоноскопической лаборатории Александр САФЕТДИНОВ, но послушать хотя бы фрагмент записи не разрешил. Секретно.

Подделкой почерка, оттисков печатей, акцизных марок, паспортов и банковских купюр нас уже не удивишь. За сутки в центр с одного только межрегионального деньгохранилища приходит до 10 купюр, в основном тысячных, на исследование. Это те подделки, которые просочились даже через банкоматы, не говоря уж о магазинах. В хранилище их вычисляют и пересылают в центр. Помощником здесь выступает мощный цейсовский микроскоп, который увеличивает изображение в 100 раз.

Более 16 всяческих экспертиз проводят в химической лаборатории. Здесь исследуют резину, стекло, дерево, следы пороха, поддельные спиртные напитки и так далее. Но чаще всего приходится работать с продуктами, содержащими наркотические вещества. По словам эксперта Ольги ШОХИНОЙ, если в 70-е годы прошлого столетия в месяц приходило около 10 материалов на исследование (наркотики в основном растительного происхождения), то теперь только за день их бывает более 70 — и сплошная «синтетика». Более того, изготовители настолько преуспели в этом «бизнесе», что производные от основного вещества «растут» как грибы. Для их выявления требуются всё более сложные химические реакции. Так что работы у экспертов непочатый край.

К слову

В конце экскурсии нам показали два специальных автомобиля. Это передвижные лаборатории, напичканные чемоданами, где хранятся приборы для проведения дактилоскопических, баллистических и многих других экспертиз. Такие мобильные лаборатории незаменимы на месте крупных ЧП. Специалисты выезжают на них, например, при сообщении о минировании.