Без права на проигрыш
11 марта 2003 годаУказом Президента РФ было образовано специальное уполномоченное ведомство по контролю за оборотом наркотиков. Цель Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН) России — выстроить новую государственную антинаркотическую политику, остановить наркоагрессию, коренным образом изменить стратегию борьбы с наркобизнесом, подорвав его экономические основы. Сегодня наш разговор — с начальником Управления ФСКН России по Свердловской областигенерал-лейтенантом полиции Михаилом КАГАНОМ.
— Михаил Дмитриевич, начнём, как говорят в народе, от печки: каково положение в нашем регионе и в чём отличительные черты наркоситуации в Свердловской области?
— Есть две стороны решения проблемы: борьба с предложением и борьба со спросом. Начну с того, что нам ближе, — с первого. Регион наш динамично развивается экономически, что неминуемо «подтаскивает» вместе с инвестициями, деньгами, с притоком рабочей силы, не всегда легальной, и тему наркотиков.
Из чего мы исходим? Вот есть потребитель — наркозависимый, который состоит на учёте (мама с папой привели или сам пришёл, когда нет дозы, — ломка и так далее). Но перед нами лишь видимая часть айсберга (в каждом регионе различная). Это количество надо умножить на некую цифру, чтобы узнать, сколько наркопотребителей существует реально. В каждом регионе (государстве) данная цифра тоже своя. Для России — это цифра примерно 5. Поэтому если, предположим, 15 тысяч человек у нас состоят на учёте, то, умножая на 5, получаем примерную цифру реальных потребителей. Дальше полученное количество умножаем на дозу и получаем объём потребления в сутки. Такой объём должен быть ввезён. Сейчас мы изымаем по России одну десятую его часть. Замечу, что в Свердловской области самые высокие показатели изъятия.
Следующая позиция — какие наркотики преобладают на территории. Два-три года назад основной проблемой для нас была дезоморфиновая наркомания. В первую очередь потому, что в свободной продаже в большом количестве были кодеиносодержащие препараты. Нашей огромной победой стал узаконенный рецептурный отпуск таких препаратов. Это было волевое государственное решение, и прогноз оправдался: морфиновая наркомания снизилась резко, в десятки раз (в Свердловской области примерно в 40 раз!).
Так как регион наш экономически состоятельный, здесь имеется категория людей, которые могут покупать очень дорогостоящие наркотики. Это кокаин. Кокаин — производное коки, произрастающей в Южной Америке. Не далее как в прошлом году один канал поставки его мы перекрыли: наркотик шёл из Колумбии через Западную Европу, Литву, Белоруссию и поступал на Урал. Происходило всё со стрельбой, борьбой и прочим… Сейчас дело расследовано и приговор вынесен. Это уже реальная победа.
Сократилось и потребление героина — 2 года подряд борьба с ним ставилась перед нами как основная задача. Главное зло здесь — Афганистан, где героин заготавливается чуть ли не на государственном уровне. Гигантские запасы зелья и размытость границ делали своё дело.
Но если по дезоморфину и героину был нанесён существенный удар, на их место сразу пришли синтетические наркотики, в основном произведённые в Юго-Восточной Азии, большей частью в Китае. Увеличилось потребление марихуаны и всех её компонентов. Наркорынок ведь перестраивается очень быстро.
— Сегодня много говорят о просчётах в запретительной системе синтетических (дизайнерских) наркотиков. Кроме всего, они достаточно дёшевы, что тоже сказывается на головокружительном росте их потребления.
— Тут есть существенная проблема. Пока предполагаемый новый наркотик не попал в список запрещённых к свободному обороту веществ, проходит определённое время, необходимое для исследования препарата. Ещё совсем недавно испытания шли примерно год, сейчас это время сокращено до 3—4 месяцев. Но этот период наркорынок активно использует. В том и трудность работы с «синтетикой», что она меняется быстрее наших возможностей. Мельчайшее изменение в химической формуле препарата — и вот уже на рынке новое наркотическое вещество.
Сегодня кроме мер по ускорению лабораторных исследований служба ФСКН пробивает идею временного запрещения оборота новых веществ до завершения их исследования на психоактивность.
Дело в том, что исследованием психоактивных веществ в настоящее время в России занимаются всего два научных учреждения — в Кургане и в Перми. Лидером является Пермская фармакадемия.
Сейчас, когда мы в Свердловской области изымаем новое вещество, исследовать его химический состав мы можем — оборудование для этого есть, но выявить его влияние на живые существа (психоактивность) способна лишь фармакадемия. Уже есть понимание, что нам нужна своя современная лаборатория, где можно будет осуществлять весь комплекс исследований.
— Другая сторона проблемы: что делать с уже зависимыми от «синтетики» людьми? Ведь эта зависимость даёт иные поражения здоровья. Если раньше представители того же Сообщества Анонимных Наркоманов вели свою просветительскую деятельность по преимуществу в наркологиях, то с приходом на рынок так называемого «крокодила» забиты все хирургические отделения больниц. Ведь люди начинают гнить заживо. С дизайнерскими наркотиками картина опять иная…
— Согласен, но медицинская составляющая проблемы — дело медиков. Мы можем лишь чётко сказать, что количество «синтетики» будет увеличиваться и постоянно будут появляться новые препараты. Есть спрос, значит, будет и предложение. Тем более в странах южных (в том же Китае) применение нарковеществ законодательно не запрещено.
Или Афганистан. Там говорят: у нас народу больше нечем заниматься, не на что жить. Тем более, дескать, неприемлемы предлагаемые вами радикальные меры. Такие, как выжигание полей на корню. Ведь во время войны обычным сельским хозяйством заниматься нельзя. Мы, говорят, обрекаем народ на гибель. Но постойте, а если то, что делает этот народ — угроза гибели для всего человечества?!
Только что глава нашего ведомства Виктор ИВАНОВ вновь встречался с президентом страны Владимиром ПУТИНЫМ и снова поставил вопрос об афганской проблеме, необходимости создания международного документа ООН по этой «взрывоопасной» стране. Подвижек тут пока, к сожалению, нет. Возможно, сказывается пассивная позиция США, хотя внешне всё хорошо. Они неизменно нам заявляют: «Мы готовы к сотрудничеству».
— Получается тупиковая ситуация?
— Совсем нет. Под нашим давлением не так давно американцами в одной из афганских провинций было уничтожено больше десятка героиновых лабораторий. Огромное количество героина уничтожено, а лаборатории разгромлены. Наши представители тоже туда выезжали, и, как докладывал потом Виктор Иванов, там только запасов героина оказалось лет на 15 (по усреднённым нормам потребления).
— Но вернёмся к нам на Урал. Вы говорили, что по изъятиям наркотических веществ Свердловская область находится на лидирующих позициях…
— Это касается не только изъятий, но и пресечения деятельности организованных преступных групп. Существуют рейтинги с учётом многих нюансов и оттого дающие достаточно достоверную картину. Там всё отражено.
Судите сами. Вот так называемые цыганские посёлки. Знаете, наверное, какие там хоромы люди себе возводят? И что, на честные деньги?! Нет, конечно. Поэтому-то Виктор Иванов предлагает: при привлечении к ответственности таких барыг изъятые деньги должны поступать в доход государства. То есть агрессивности наркоторговцев должна противостоять наша радикальная и даже агрессивная политика. Часто мы слышим в ответ: «А вы докажите, что это построено на деньги от наркоторговли!» Мы же считаем, что это они должны нам доказывать свою непричастность к грязным делам.
Я убеждён в правильности только такой позиции — наша политика должна быть наступательной и жёсткой. Только тогда победим.
— Если чётко выстроить приоритеты, то первая линия работы — задержание, выявление, раскрываемость. Вторая — наведение порядка в реабилитационном процессе. А это и узаконивание (лицензирование) реабилитационной деятельности, и введение альтернативности наказания, чтобы у человека был выбор: реальный срок заключения или реабилитация. В чём здесь особенности политики Свердловской области?
— В этом вопросе у нашего региона тоже есть свои отличительные черты. В области решено создать государственную систему реабилитации и ресоциализации (возвращения в общество) наркозависимых лиц. Для этого привлечены немалые профессиональные, административные и финансовые ресурсы, успешно начал работать проект «Урал без наркотиков». В офисе центра в Екатеринбурге можно совершенно бесплатно получить консультацию высококвалифицированных специалистов, а летом начнёт работу и весь реабилитационный центр. Проведена колоссальная организационно-научная работа. Более того, Екатеринбург стал местом конференции, собравшей лучшие умы со всей России для обсуждения вопросов реабилитации. В дальнейшем в области будет создана сеть государственных учреждений реабилитации. Как минимум по одному в каждом административном округе.
Я убеждён: чтобы побороть наркоманию, нужны принудительные меры воздействия, но — узаконенные. Не знаю, болезнью это назвать или ещё как, но мало одной силы воли, чтобы лечиться. Да и меры убеждения не очень-то действуют. Необходимо принуждение. Безусловно, при наличии соответствующей законодательной базы. Применение альтернативности наказания как нельзя более подходит для решения подобной задачи. И ещё один очень важный момент — чёткая система ресоциализации, способы возвращения наркозависимых в нормальную жизнь. Должен быть, например, механизм, заставляющий брать на работу людей, прошедших реабилитацию. Ведь, например, при советской власти были так называемые квоты по трудоустройству. Приходил к отбывшему наказание участковый и спрашивал: «Устроился на работу?» Если нет — вперёд по 209-й статье, за тунеядство. Сегодня общество изменилось, и если кто-то из работодателей и занимается трудоустройством наркозависимых, то только те, кто так или иначе сам столкнулся с этой проблемой.
Антинаркотическая комиссия Свердловской области сегодня разрабатывает специальную программу профессионального обучения и трудоустройства бывших наркоманов. Один из вариантов — создание предприятий-спутников при реабилитационных центрах. Но для того чтобы привлечь к делу работодателей, нужны определённые стимулы, которые смогли бы заинтересовать. Это могло бы быть государственное финансирование из областного бюджета рабочих мест, то есть выделение средств на обустройство, обучение, стажировку и даже выплату заработной платы на начальном этапе. Кроме того, предоставление предприятиями-партнёрами рабочих мест для бывших наркозависимых может стать одним из условий получения госзаказа. Предполагается и система грантов наиболее успешным реабилитационным центрам области. Трудоустраивать реабилитантов планируется на предприятиях малого и среднего бизнеса. На первом этапе предполагается оказать поддержку в устройстве на работу 150—200 реабилитантам. Всё это беспрецедентные пока начинания не только для Урала, но и для России в целом.
— Борьба с наркоманией — это работа не только правоохранительных органов, но и государственных структур, и, безусловно, общественности…
— Местные власти всю серьёзность наркопроблемы хорошо понимают и многое делают для её решения. И это не только государственный подход к реабилитации наркозависимых, но и создание современной лаборатории, о которой я уже говорил. Пермяки готовы помочь. Я туда съездил, постарался досконально разобраться в проблеме, в том числе в её финансовой составляющей. Всё подъёмно, и потому думаю, что к концу года такая лаборатория у нас будет. В этом заинтересованы не только мы, но и МВД, и таможня, и медики. Кстати, именно под крылом Минздрава она и должна появиться.
— А какова ваша часть (часть вашего ведомства) в первичной профилактике?
— Убеждён, что профилактика, если она неуклюжая, может, как говорит наука, явиться рекламой наркомании. Да, мы выступаем одним из субъектов профилактики, но понимая: главное — не перегнуть.
— Наверное, всё будет проще, если наладим и сумеем внедрить систему жизненных ценностей. Тогда, может, и профилактика станет ненужной…
— Вот-вот. Государству очень нужна здоровая идеология.
— А то, что мы сейчас на государственном уровне развиваем добровольческие движения, имеет значение?
— В эту тему я не полезу… Считаю, что каждый должен хорошо делать дело на своём рабочем месте.
10 лет — дата, может быть, небольшая, хотя и круглая. Благодаря Виктору Петровичу Иванову (думаю, совершенно правильным было в своё время принятие такого кадрового решения) наша служба добросовестно делает своё полезное дело. Как я иногда в шутку говорю: «Всё нормально. Воюем потихонечку!»
КАГАН Михаил Дмитриевич, начальник Управления ФСКН России по Свердловской области, генерал-лейтенант полиции.
Родился 15 августа 1964 года, уроженец города Тулы. В 1996 году окончил Юридический институт МВД России, в 1998 году — Академию управления МВД России по специальности «Организация правоохранительной деятельности». Имеет учёную степень кандидата педагогических наук. Проходил службу в органах внутренних дел в период с 1988 по август 2009 гг., прошёл путь от оперуполномоченного уголовного розыска районного отдела милиции до начальника Управления уголовного розыска ГУВД по Пермскому краю. В период проведения контртеррористической операции и наведения конституционного порядка на территории Северного Кавказа неоднократно выезжал в служебные командировки в Чеченскую Республику.
В 2004 году награждён государственной наградой, медалью «За отличие в охране общественного порядка», имеет 16 ведомственных наград, удостоен многих знаков отличия МВД России. Является ветераном боевых действий.
С октября 2009 года по июль 2011 года исполнял обязанности начальника УФСКН России по Ямало-Ненецкому автономному округу.
Указом Президента РФ от 12 июля 2011 г. № 925 генерал-майор полиции Михаил Дмитриевич Каган назначен на должность начальника Управления Федеральной службы Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков по Свердловской области. Указом Президента РФ от 13 декабря 2012 года за № 1656 Михаилу Дмитриевичу Кагану присвоено специальное звание — генерал-лейтенант полиции.
Только цифры
За 10 лет Управлением ФСКН России по Свердловской области выявлено 20 996 преступлений, расследовано 13 746 преступлений, из них: 1 754 — группой лиц по предварительному сговору, 1 254 — совершённых организованной группой и 290 преступлений, совершённых преступными сообществами.
Следственной службой Управления возбуждено 18 191 уголовное дело. Направлено в суд 6 443 уголовных дела, из них: 944 — по ст. 232 УК РФ (наркопритоны), 68 — по ст. 188, 226.1, 229.1 УК РФ (контрабанда).
Направлено в суд по групповым составам 1 219 уголовных дел, из них: группой лиц по предварительному сговору — 876, совершённых организованной преступной группой — 320, преступными сообществами — 23. Количество обвиняемых по направленным в суд уголовным делам составило 8 078 человек.
Из незаконного оборота изъято: 4 тонны 312 кг наркотических, психотропных и сильнодействующих веществ, из них: героина — 1 тонна 197 кг, марихуаны — 385 кг, гашиша — 656 кг, синтетических наркотиков — 172 кг и 57 тонн 536 кг прекурсоров.
ПОЛЕЗНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
«Телефон доверия» Управление ФСКН России по Свердловской области
+7 (343) 251-82-22 (круглосуточно),
эл. почта: info@66.fskn.gov.ru, сайт: 66.fskn.gov.ru
«Телефон доверия» для детей и подростков
+7 (343) 307-72-32 круглосуточно, IСQ 648-09-23-45
«Телефон доверия» наркологической службы
+ 7 (343) 345-95-91
«Телефон доверия» экстренной психологической службы
(областная психиатрическая больница № 6)
+7 (343) 371-03-03, круглосуточно
Горячая линия «Урал без наркотиков»
8-800-3333-118 (круглосуточно),
эл. почта: info@uralbeznarkotikov.ru; сайт: uralbeznarkotikov.ru
«Телефон доверия» экстренной, психологической помощи
Министерства здравоохранения Свердловской области
8-800-300-11-00 (круглосуточно)
Горячая линия «Ребенок в опасности»
Следственного комитета следственного управления
+ 7 (343) 297-71-79 (круглосуточно)
«Телефон доверия»
Управление Министерства внутренних дел России по Екатеринбургу
+7 (343) 222-00-02 (круглосуточно)
От редакции: благодарим за помощь в организации полосы и в подборе фото начальника группы информации и общественных связей ФСКН России по Свердловской области подполковника полиции Елену КОНЬКОВУ.
