Историю отлакируем — ракеты падать перестанут?

При взлёте с космодрома Байконур упал и взорвался ракетоноситель «Протон» со спутником «Глонасс» на борту. В Ярославле по обвинению в «покушении на взятку» арестован мэр города Евгений УРЛАШОВ. В пилотном проекте «единого учебника истории» годы правления СТАЛИНА названы «периодом форсированной индустриализации и модернизации, осуществлённой чрезвычайными методами», а в связке с именем Бориса ЕЛЬЦИНА упоминаются шоковая терапия, потеря управляемости, политические кризисы и война в Чечне.

Скажете, между этими тремя фактами нет никакой логической связи? Ошибаетесь. Есть. Самая прямая.

Жалобы на разгул коррупции, развал оборонной и космической отрасли — и параллельно на произвол силовиков, живущих по принципу «закон — моё желание, кулак — моя полиция, кого хочу — помилую, кого хочу — казню» — одна из излюбленных тем в нынешних российских СМИ. И в ситуации с ярославским градоначальником большинство горожан — при всей своей нелюбви к коррумпированному чиновничеству — скорее на стороне мэра, нежели правоохранительных органов. Слишком много вопросов сразу возникло. При задержании некоего «посредника» у него изъяты деньги — однако немеченые. И в чём криминал? Ещё интереснее выглядит рассказ следственных органов, что дочь мэра успела вынести деньги из квартиры и спрятать их у соседей по подъезду — однако сыщики их нашли. Немедля возник вопрос: они что, оперативно обыскали квартиры всех соседей? Когда успели ордер на обыск оформить?

Избитая фраза, но «просто-таки 37-й год». Эти манеры, от которых никак не могут (и, похоже, не хотят) избавиться наши следственные органы, пошли именно оттуда, из тех самых «чрезвычайных» времён, когда человеческая жизнь и свобода на весах «революционной целесообразности» не значила ровным счётом ничего. Ничья — ни Маршала Советского Союза, ни председателя горисполкома, ни директора завода, ни обычного тракториста Васи. Да и с чего бы им изживать подобные методы, если теперь их будут преподносить школьникам как «чрезвычайные»? Мол, конечно, не очень хорошо — но обстоятельства вынуждали… И главное ведь — результат…

Цель оправдывает средства.

Правда, нынешние апологеты «эффективного менеджера тов. Сталина», громко призывая к возвращению в российскую юриспруденцию практики массовых расстрелов по разнарядке, обязательно скажут в защиту своей позиции: «Зато при коммунистах ракеты не падали!» Тут они крепко врут. Падали, да ещё как. Статистика запусков ракет КОРОЛЁВА — примерно один успешный запуск на две аварии. Причём Сергей Павлович остался в истории отрасли как упрямый и своенравный гуманист, добивавшийся соблюдения хоть каких-то мер безопасности. Он, в частности, настоял на том, что запуску человека в космос должно предшествовать минимум два подряд успешных запуска собак с манекенами. Если бы не это, ГАГАРИНА могли бы «стрельнуть» в космос еще в середине 1960-го.

Стоило Королёву уйти в мир иной, его сподвижники, увы, продемонстрировали беспечность и малодушие. В угоду начальству поспешили запустить на недопроверенном корабле «Союз» космонавта КОМАРОВА, который погиб при посадке. Кстати, безвременная кончина Королёва, которая обошлась нашей стране очень дорого (без гениального конструктора начался закат отечественной космонавтики), — это ведь следствие всё тех же чрезвычайных методов «эффективных менеджеров». Королёв скончался на операционном столе, потому что ему не смогли ввести в лёгкие дыхательную трубку. Помешал застарелый перелом трахеи, который ему нанесли в 1938 году следователи НКВД.

Но самая кошмарная в нашей (и мировой вообще) истории катастрофа произошла 4 октября 1960 года. Коммунистическая партия и лично дорогой товарищ ХРУЩЁВ поставили ракетчикам задачу осуществить пуск новой баллистической ракеты к годовщине революции. Дела на пусковой не ладились, по всем нормам ракету нужно было «сливать» (то есть удалять из неё топливо и окислитель), просушивать, спокойно искать и устранять неисправности. Времени на это не было. Разбирали и чинили ракету, залитую топливом. В полном соответствии с заповедями сталинского «эффективного менеджмента», чтобы работники шустрили бойчей, здесь же, на площадке, восседал на стуле командующий ракетными войсками страны маршал НЕДЕЛИН.

Из-за неосторожных действий кого-то из ремонтников произошёл запуск двигателей второй ступени ракеты. Языки пламени охватили первую ступень, баки с топливом. Уже через секунды пламя разлилось на десятки метров вокруг. Погибли 78 человек. Маршала опознали по оплавленной звёздочке Героя Советского Союза…

Ладно, допустим, сегодня аварий и впрямь больше, чем в советские годы. Потому что тогда же всё строже было… В этом-то и кроется главный изъян любой репрессивной системы управления: она отучает граждан от иных мотиваций поведения, кроме страха. При этом запуганные люди хорошо работать не могут. Это большое заблуждение, что если человека избить, у него случится творческое озарение.

Иногда система либерализируется постепенно, как в Китае, Южной Корее, Чили и Испании. Если она этого не делает, возникает «кома», как в КНДР, где царит голод. Либо — как случилось в России 90-х годов — система либерализируется внезапно, ввергнув общество в неслабый когнитивный диссонанс. Правда, у нашей страны есть ещё одно отличие к худшему в сравнении с вышеперечисленными. Китай при коммунистах прожил «всего-то» 40 лет. Общество ещё не забыло, что значит работать на себя. У нас эта память атрофировалась очень сильно. Человеку говорят: ты можешь работать и разбогатеть. А он спрашивает: как, что, почему, меня обязаны прокормить.

Вот и получается особый путь и особая логика: как только страх и принуждение иссякают, а посадки с расстрелами прекращаются, начинается полный распад системы управления со всеми сопутствующими прелестями: ракеты начинают падать, подлодки — тонуть, полицейские — окончательно распоясываться. Посему невозможно, составляя «единую концепцию изучения истории», не видеть связи между сталинской «чрезвычайщиной» с повсеместным закручиванием гаек и грянувшим в 90-е годы бардаком.

Но чтобы эту простую истину «оцифровать», нужно отречься от соблазна изучать историю по методу, сформулированному ещё в позапрошлом веке царскими идеологами УВАРОВЫМ и БЕНКЕНДОРФОМ: «Прошедшее России было удивительно, ее настоящее более чем великолепно, что же касается до будущего, то оно выше всего, что может нарисовать себе самое смелое воображение». Потому что враньё. И сталинский период истории — это не только пятилетки, стахановцы, индустриализация, перелёт ЧКАЛОВА и Победа в войне с фашизмом, но и репрессии, эпидемия доносов, формирование всесильной бюрократической машины, которая до сих пор мешает России нормально развиваться. И эпоха Ельцина — не только шоковая терапия, потеря управляемости, политические кризисы и война в Чечне, но и приход свободы, становление рыночной экономики и интеграция России в мировое сообщество. И в борьбе с этим неприятным дуализмом можно, конечно, навязать обществу «единую концепцию истории», но от этого ракеты не перестанут падать, чиновники — вымогать взятки, полицейские — вершить произвол, а народ — жить по принципу «моя хата с краю».

Не перестанут — хоть Бенкендорфа воскреси, хоть Сталина клонируй, хоть все учебники истории в мире набело перепиши.