Жизнь и смерть собачья

В конце августа этого года на окраине Екатеринбурга запустили проект «Сад памяти Memory Animals». Здесь умерших домашних животных кремируют и достойно хоронят. А ведь официальных кладбищ для домашних питомцев до сей поры в столице Урала не было. Организаторы подчеркнули: большая проблема в том, что территория захоронений рано или поздно становится токсичной. Поэтому было решено построить крематорий.

Проект поддержали в администрации города, выделив под «Сад памяти» 4 гектара земли в районе Птицефабрики. Проект экологичен — совершенно безопасно хранить прах своего любимца в урне, которую, к слову, можно унести и домой.

С бездомными собаками несколько сложнее. И заботиться о них некому, да и хоронить тоже. Правда, хвостатым бомжам люди всё-таки пытаются помочь. В городе уже несколько лет работает пункт кратковременного содержания (ПКС) на территории «Спецавтобазы» (ул. Посадская, 3).

— Пункт кратковременного содержания — это единственный муниципальный приют в Екатеринбурге, все остальные услуги — только частная передержка, — рассказывает руководитель благотворительного фонда «Зоозащита» Анна ВАЙМАН. — В 2010 году при поддержке администрации города, МУП «Спецавтобаза» и нашего фонда был создан такой приют.

Свободного места в настоящее время в приёмнике нет. На более чем 100 голов 54 вольера внутри здания, 13 уличных будок. Также собаки живут на складе и там, где, казалось бы, смешно их размещать — в комнате уборочного инвентаря. А ещё на кухне под столом обитает кухонный пёс. И в коридорах — два-три койко-места. Ситуацию усугубляют «заберите, заплачу»…

Решила посмотреть своими глазами, как живут собачки и кошки в пункте кратковременного содержания. Здесь — огороженная зона, на которую попадают лишь через проходную. Выйти оттуда можно после того, как поставишь печать на бумажке из отдела ПКС. Два раза выхожу из-за зелёного ограждения и два раза забываю попросить поставить печать у Ирины — невысокого роста женщины в резиновых синих сапогах — это, пожалуй, всё, что могу о ней вспомнить. Ах да, и то, что она любит собак.

Забирают

— Нет, нам надо уличную лайку, а не домашнюю собаку, — говорит мужчина в чёрном пальто. Он и супруга пришли выбирать питомца. Дети выросли, а заботиться о ком-то очень хочется.

— Вот только сегодня отловили. Сейчас оба щенка напуганы, им нужно прийти в себя, только тогда мы сможем определить их характер, — отвечает ветеринар Юлия. Её угрюмость сначала меня смущает, а потом я понимаю, что она много говорит, но «разговаривает» руками — её руки заполняют журнал, перебирают в шкафчике препараты для лечения, обрабатывают раны у сидящего на полу Сухарика. Супружеская пара в задумчивости выходит из ветеринарного кабинета на склад. Через 3 часа я узнаю, что муж и жена не смогли разъединить двойняшек — взяли обоих щенят. Братьев даже в собачьей жизни лучше не разлучать.

Алиса МАЙЕР тоже взяла щенка из ПКС. Несколько месяцев назад у неё от рака умерла предыдущая собака, а в доме без хвостатого друга пусто.

— Когда я взяла Йера из приюта, у него, понятное дело, не было ни паспорта, ни прививок. Ни-че-го не было. Я его проглистогонила, и погнали в ветеринарку, — рассказывает Алиса про своего нового друга. — Знаете, многие предпочитают покупать маленьких дорогих собачек, а меня больше волнует судьба тех, кто остался на улице. Вот так у меня появился Йер.

Возвращают

Ветеринар Юлия занята Сухариком.

— Доня… — руководитель благотворительного фонда «Зоозащита» Анна ВАЙМАН глядит в окно, где мелькнула чья-то тень. — Юль, не могу понять, Доню что ли ведут?

Через долю секунды в дверном проёме появился бородатый мужчина лет тридцати с породистой кареглазой собакой.

— Вооот, — говорит он, и это «вооот» кажется размазанным, как масло по тарелке.

— Не понимаю, — Анна смотрит на мужчину. — В чём причина?

— Родители не согласны.

Тень скрывается в дверях, проскальзывает в окне.

— Эх, сутки пожила как человек. Ну ничего, мы тебе найдём хозяина. Не такого, кто в 33 года от родителей зависит, — тянет расстроено Анна.

Ротвейлер Доня сидит возле меня. Она потеряла хозяина полгода назад, оказалась здесь. Вчера её забрали, а сегодня с ней сыграли злую шутку. Или шутку сыграли вчера — когда дали надежду…

— Вот видите… Поэтому мы отслеживаем, как живут наши собаки у новых хозяев. Звоним перед проверкой и приезжаем.

— Анна, ну кто-то же из горожан вам оказывает помощь? — смотрю я на лидера «Зоозащиты».

— Да, конечно, есть такие добровольцы. Приходят волонтёры, помогают выгуливать собак, мыть миски, приносят корм горожане.

— Не хватает рук для выгула собак, ещё сухого корма и крупы (лучше геркулесовой), — рассказывает руководитель волонтёрского отряда при ПКС Ольга ТОРОС. — Насчёт лекарства точно сказать не могу, но на них в основном приносят деньги. Только лучше средства доставлять в сам приют, а не кидать по боксам в торговых центрах. Там часто бывает: боксы ставят от нашего имени, но не от нас.

Усыпляют

— Откуда берёте деньги на содержание этого хозяйства?

— Администрация города выделяет деньги на глистогонку и дезинфекцию. Правда, сюда не входит вакцинация, — говорит Вайман и гладит Сухарика. На его шею надета «воронка», благодаря которой пёс не может слизывать мазь с обработанных ран. — Ставим прививки, проводим стерилизацию и чипирование. Последнее — самая затратная услуга: в холку собаки вместе с прививкой вживляется микрочип, по которому можно потом легко её найти при несчастном случае.

— Существуют, наверное, определённые «дни завоза»?

— С понедельника по пятницу служба по отлову привозит сюда бродячих животных. Сразу смотрим: есть ли у животного раны, несовместимые с жизнью, или оно изначально агрессивное. Тогда усыпляем, — говорит координатор, — собаки гаснут, как свечки, и нужно к этому привыкнуть. Каждое животное в течение 21 дня наблюдается, и если социализируется, если есть хоть один шанс на выживание, то его обучают, если нет — то выход только один.

— Усыпляете здесь?

— Да. А трупы отвозят на полигон, там их сжигают. Самый дорогой препарат для усыпления стоит около 2 500 рублей. Одного бутылька хватает на две-три средние собаки…

Кто бросает животных

На вопрос, является ли психическим расстройством поведение человека, который без видимой причины выбрасывает животное на улицу, отвечает психолог-консультант Лариса КУРБАТОВА:

— Невозможно стричь всех под одну гребёнку. Конечно, такой человек может быть с психическим отклонением, а может и не быть. Всё это только гипотезы. Дело тут, скорее всего, в качествах человека — может, он безответственный или инфантильный. Есть люди, которые с радостью берут домой животное, а потом, когда начинают сталкиваться с трудностями, пугаются.