Беженцы: для россиян чужого горя не бывает…

Вначале я хотел назвать эту заметку «За своих!». Мол, там, на Донбассе, наши, русскоязычные, и мы переживаем за них. Но затем я понял: не за своих переживают мои земляки и сограждане — а за людей вообще. Понятно, что какие-то люди нам ближе, а к каким-то мы равнодушней, и душевная близость часто определяется географическим расстоянием. Многие ли у нас переживают за голодающих в Сомали или за детей в Сирии?

Но всё же.

В тот момент, когда я пишу эти строки, российский гуманитарный конвой, устав терпеть преднамеренную волокиту украинских таможенников, начал движение в сторону Луганска. Там без воды, продуктов, медикаментов страдают люди, и каждый час задержки равнозначен гибели десятков людей. Киевские власти вполне ожидаемо назвали это «вторжением». Невольно вспоминается ставшее популярным в последнее время смешное выражение «причинять пользу». Невиданная в исторических анналах агрессия, когда «агрессоры» ступают на чужую землю лишь затем, чтобы напоить людей, обеспечить раненых медикаментами. Но невиданная лишь потому, что практически не бывает случаев, когда власти страны отвергали бы чужую помощь в устранении гуманитарной катастрофы. Это можно представить где-нибудь в Африке, где дорвавшиеся до власти представители одного племени методично изничтожают враждебное им племя, но в Европе XXI века — такое уму непостижимо.

Так вот, я не могу себе представить, чтобы наши МЧСники, раздавая воду и хлеб, спрашивали: «Ты за кого, за ополчение? По-русски говоришь? Нет? Тогда не дадим!» Пуля, она не разбирает. Реактивный снаряд — тем более. Так что сейчас от жажды или заражения крови в кольце блокады корчатся и «чистокровные арийцы», в смысле украинцы. Которые за вильну Украину, за европейский выбор и прочее. Но их спасут наравне с другими. Как спасают наши врачи «участников антитеррористической операции», когда те спасаются на территории России.

Украинская беда давно уже стала нашей. По данным наших пограничников, ежедневно границу с Россией пересекают порядка 5—6 тысяч жителей сопредельного государства. Города Донбасса уже опустели — малые чуть не полностью, крупные — наполовину, а то и больше. Беженцев с Украины в Россию с весны уже насчитали порядка 800 тысяч. Спасаются от войны, беря с собой только самое необходимое, а иным не удаётся даже этого — бегут, подхватив детишек и закрывая их собой. Из пунктов временного размещения близ границы их затем отправляют в разные регионы России. Кто-то из переселенцев уже запросил гражданство РФ, кто-то всё-таки рассчитывает когда-нибудь вернуться в родные края и выправляет себе статус беженца или вид на временное проживание.

Едут и на Урал. И по разнарядке, и по собственному выбору. Те, кто принял решение ехать ещё в относительно спокойной обстановке, успели почитать Интернет и выяснили, что Средний Урал — один из наиболее благополучных экономически регионов России, там больше шансов найти работу и помощь.

По данным ГУ МЧС РФ по Свердловской области, в регионе создано 25 пунктов временного размещения, в которых на 20 августа находилось 1 126 человек, в том числе 358 детей. И как нам сообщили в мэрии Екатеринбурга, администрация города совместно с Екатеринбургским центром занятости ведут работу по трудоустройству переселенцев. Так, в четверг провели специальную ярмарку вакансий для них. Причём, учитывая большой интерес к мероприятию со стороны екатеринбургских предпринимателей и промышленников, а также число соискателей рабочих мест, мэрия специально выбрала и площадку для проведения ярмарки более вместительную — вместо кинотеатра «Салют» — помещения УрГЭУ-СИНХа.

Комментируя итоги ярмарки, заместитель главы администрации Екатеринбурга по организации значимых общероссийских и международных мероприятий Сергей ТУШИН отметил прежде всего именно активность екатеринбургских работодателей, с готовностью откликнувшихся на беду переселенцев и призыв мэрии поддержать беженцев.

«Более 50 работодателей предложили свои рабочие места, — рассказал Сергей Тушин. — Работодатели предлагают самые разные сферы: производство, строительство, торговля, образование — то есть те, где могут работать граждане Украины, вынужденно уехавшие с мест постоянного проживания. Примерно две трети работодателей предлагают вместе с рабочими местами и места проживания. Средний уровень предлагаемой заработной платы составляет более 20 тысяч рублей. Мы знаем координаты граждан Украины, которые проживают в Екатеринбурге у своих родных. Мы обзвонили более 200 человек и пригласили их сюда, и нам было очень приятно, что есть отклик, что они пришли».

Добавим, что в ходе ярмарки работодатели предложили соискателям несколько сотен всевозможных вакансий! Также на ярмарке беженцы получали консультации специалистов и заполняли резюме для банка Екатеринбургского центра занятости и предприятий города, а также обсудили ряд вопросов с сотрудниками МЧС и Управления Федеральной миграционной службы.

Наша газета уже писала о том, как помогают беженцам рядовые горожане. И опять-таки помогают всем — и русскоязычным, и укроязычным. Не только потому, что, в отличие от замороченных националистов, обычные люди отдают себе отчёт: на самом деле мы единый народ. Просто чужого горя не бывает вообще. Кстати, вот что интересно — подобный гуманизм на деле демонстрируют по большей части те, кто рассуждать о гуманизме как-то не привык. А вот те, кто у нас часто и с придыханием присягает на верность «общечеловеческим ценностям», к судьбам беженцев проявляет полнейшее равнодушие.

Но, к счастью, о нашей стране в мире судят не по ним, а по простым людям, которые всегда протянут голодному краюху хлеба. Довелось прочитать в Интернете рассказ уральца, которого занесло нынче в Германию, и он обсуждал текущий политический момент, будучи в гостях у обычной немецкой семьи. Выяснилось, что отец семейства, старик, всецело поддерживает позицию России. Почему? Говорит, был в плену и знает: русские — очень добрые и справедливые люди…