Ксения КУРОЧКИНА: «Для меня главное – не видеть, а чувствовать!»

Спокойствие, внутренняя уверенность, целеустремленность и нить неповторимых бус на груди. Дизайнер и автор эксклюзивных украшений Ксения Курочкина беседует о любви, камнях и… методах воспитания.

– Вы недавно второй раз вышли замуж. Первый брак не оставил разочарования в узаконенных отношениях?

– Первый опыт семейных отношений так и остался неузаконенным, но союз с фотографом Дмитрием Лошагиным оставил огромный след в моей жизни. Мы прожили вместе 7 лет, у нас были совместные проекты, общий бизнес. Но в какой-момент наступила усталость, силы бороться за отношения истощились, разрешить взаимные обиды и упреки мы уже не могли. Семья – это же работа двоих. И не только на уровне помыть посуду, вынести мусор, прибраться в квартире или подарить цветы. В отношения нужно вкладываться душевно и духовно, основываясь на глубоком чувстве любви, видении и принятии человека таким, какой он есть, с достоинствами и недостатками.

– То есть первый опыт брака – бесценный?

– Лет семь назад, когда я жила по-другому, я просто многого не знала, да и не задумывалась о ценности отношений с людьми, которые рядом. Но ведь с годами мудреешь и начинаешь понимать свои ошибки, промахи. Я многому научилась именно на опыте расставания, ведь любую семью можно сберечь, если этого хотеть. Но, видимо, я получила все уроки, какие мне причитались в этих отношениях, и жизнь подталкивает к дальнейшему развитию. Мой второй муж, Константин Миронов, научил меня гораздо большему: терпению, гибкости, умению использовать духовные силы для сохранения семьи и счастливой совместной жизни. Мы прожили уже 6 лет и официально зарегистрировали брак, будучи полностью уверенными друг в друге. К тому же помимо любви нас соединяет наша дочка Маргарита.

– В создании своей семьи вы ориентировались на опыт ваших родителей?

– Мои родители были для меня образцом в плане гармоничного сочетания работы и семьи. Они оба дизайнеры и вместе работают над многими проектами. И для меня их отношения – прекрасный пример того, что супругов может связывать еще и совместное творчество. Однако в своей семье на сегодняшний день, я предпочитаю разделять отношения. С Костей мы иногда работаем вместе, поскольку пересекаемся в профессиональном плане, но все в одну кучу не мешаем. Должно быть что-то объединяющее, без этого никак, но это не обязательно работа от и до.

– А в воспитании дочери?

– В детстве родители много работали и учились в Москве в аспирантуре, и моим воспитанием занималась бабушка. У нее очень сильный, волевой характер и она всегда строго подходила к моему развитию. Именно благодаря ее подходу у меня сформировался хороший внутренний стержень. Но я считаю, бабушки и дедушки должны любить и баловать. А воспитывать ребенка получается, в большинстве случаев, только на собственном примере. Думаю, позиция старшего друга для родителей в отношениях с ребенком – самая подходящая. Воспитывая дочь, я вижу, как в 4,5 года еще сильна у нее связь с мамой. Я не считаю правильным оставить ее и уехать учиться или работать в другой город на долгое время.

– В вашем понимании родители и дети как долго должны жить вместе?

– Что касается меня, то в 14 лет я уже была достаточно самостоятельна. Работала моделью, зарабатывала деньги. В 17 уже жила отдельно. Но мое физическое отдаление никак не повлияло на мои отношения с родителями. Ведь эмоционально мы все равно остались близки. Маму я вообще считаю своей лучшей подругой.

Не нужно никогда рвать родственные отношения, поддержка родных придает много сил. У нас одна ДНК, одна кровь, и если связь оборвать, то ни к чему кроме травмы это не приведет. Дети уходят из семьи – это обязательный этап взросления. Нужно только правильно понять и принять.

– Вы работали моделью, но основную профессию выбрали другую. Смена ориентиров чем обусловлена?

– Модельный бизнес довольно суетлив и в определенный момент там нет возможности развиваться дальше. Я считаю, что для девчонок работа манекенщицами – отличная возможность научиться правильно ходить, держать себя, завести нужные знакомства. Но для постоянной работы этот вариант, на мой взгляд, рассматривать не стоит. Если есть возможность уехать за границу и зарабатывать совсем другие деньги – это одно. Но и то, пока позволяет внешность. В России же работа моделью в этом бизнесе организована очень нерационально. За то время, которое тратила на участие в показе со всеми репетициями и примерками, в другом месте я могла зарабатывать гораздо больше. К тому же с детства меня готовили к творческой профессии. Я понимала, что дизайн мне ближе подиума и открывает больше перспектив и возможностей для самореализации. Поэтому продолжала учиться и одновременно трудиться по специальности. Хотя когда меня приглашают, я с удовольствием участвую в показах.

– То есть выбор вашей будущей профессии сделали родители?

– Папа с детства водил меня на кафедру в архитектурную академию. Для меня это была отдельная страна, творческое королевство, которое сверху донизу было заставлено студенческими проектами, макетами, планшетами, рисунками. Все это производило сильное впечатление и завораживало. И не стояло вопроса, в какой сфере я буду профессионально развиваться – это было наше с родителями взаимное решение. Я прекрасно понимала, что тут меня всегда поддержат, помогут. Такие ощущения тоже подтолкнули меня в сторону данного выбора.

А вот то что я занимаюсь авторскими украшениями из натуральных камней – это, наверное, мамина заслуга, ведь несколько лет назад она стала меня с ними активно «знакомить». Мы ходили на выставки, я присматривалась к камням, брала в руки. Я чувствовала, что камень –энергетически очень заряженный материал. Меня это зацепило, и я подумала, что было бы хорошо подобрать для себя украшение. Не нашла подходящего, пришлось собрать самой. А когда стала делать десятое по счету, поняла, что процесс меня увлек. Начала делиться, продавать, дарить, делать на заказ – так и появился мой бренд.

– Маргариту уже привлекают украшения, она проявляет интерес к тому, что делает мама?

– Более того, она мне уже помогает. Я недавно собирала декоративные подвесы для штор из камней, дочка ко мне подошла и говорит: «Мама, я хочу тебе помогать, дай мне что-нибудь поделать». Я ей предложила нанизывать в определенном порядке бусины. Она сидела, сосредоточенно, скрупулезно собирала, сделала сантиметров пятнадцать. Я оценила труд и сказала, что раз она мне помогала в моей работе, то как настоящая помощница получит часть заработанных денег.

– А не рано дочку с деньгами «знакомить»?

– Нет, я считаю, что это важный урок для ребенка. Мне не хочется, чтобы Маргарита думала, как некоторые дети, что мама пошла, в банкомате денежки сняла – вот и вся работа. Она должна понимать, что деньги зарабатываются свои трудом. Тем более, что такое деньги – она знает. Дома мы монеты собираем в копилку, и у нее есть к ним доступ. Она может взять, сколько ей нужно, и купить себе, например, резиночку для волос. Но это деньги, которые ей достаются просто так. Сейчас я стараюсь развивать в ней чувство, что деньги нужно еще и уметь зарабатывать. Ведь может случиться всякое, и если она способна сама заработать нужную ей сумму своим трудом, то в жизни не пропадет.