Не культурой поразили города Европы…

Ветерану Великой Отечественной войны, жителю ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНОГО РАЙОНА Василию Алексеевичу ФЕДОРЦУ скоро исполнится 90 лет. Годы дают о себе знать, болят старые раны, но интереса к жизни он отнюдь не потерял. Взгляд по-прежнему острый, приметливый, мудрый…

Василий Алексеевич внимательно наблюдал, как идут приготовления к праздничному концерту, посвящённому Дню защитника Отечества и наступающему 70-летнему юбилею Победы в Великой Отечественной войне. Мероприятие было организовано 18 февраля для всех участников войны и тружеников тыла, живущих в Железнодорожном, о чём ВЕ написал в номере за 19 февраля.  Увидев в руках корреспондента «Вечернего Екатеринбурга» профессиональный фотоаппарат, Василий Алексеевич радостно встрепенулся:

— Что это — «Кэнон»? Отличная техника! Всегда мечтал о такой. У меня аппаратура попроще…

Опустил руку в карман пиджака и достал небольшую цифровую камеру. Оказывается, он тоже, как настоящий фотокорреспондент, уже успел отснять серию замечательных кадров — друзей-товарищей и школьников, которые подготовили ветеранам концертную программу. Фотографией Федорец начал заниматься ещё в школе — так лучше запоминались значимые события. Впрочем, каждый день войны навечно врезался в память без всякой плёнки — чёрно-белые негативы.

— Вначале страшно не было, — рассказывает Василий Алексеевич. — Мы уже многое знали о войне, но к 1943-му, когда я 17-летним был призван в армию, в военных действиях произошёл коренной перелом. Мальчишек со школьной скамьи не посылали на передовую. В первое время работал в полевой армейской хлебопекарне, месили тесто, грузили и подвозили мешки с мукой. А потом… Это было вечером у Мелитополя — выдали винтовку и отправили на линию фронта.

То, что это передний край, мальчишка даже не понял: небольшой окоп между двумя горочками. Командир махнул рукой: «Противник — там!» Пацаны скоротали ночь, а утром, потягиваясь, пошли прогуляться… прямо к немецким блиндажам. Интересно им было! Так же неторопливо из блиндажей для того, чтобы справить утренние нужды, вышел враг.

— Как я начал палить! — смеётся Федорец. — Все патроны расстрелял. А когда перезаряжая винтовку, поднёс её к лицу — почему-то внезапно отлетел назад, потерял сознание…

Оказывается, с горочек, расположенных неподалёку, начали работать немецкие снайперы. Пуля шла в левый глаз, но, ударившись о винтовку, лишь пробороздила висок. Впрочем, госпиталя миновать не удалось.

Так он по-настоящему воевал в первый раз сроком в один день.

Потом всё было много серьёзнее. Как жив остался — до сих пор не понимает, наверное, просто повезло. Федорец стал миномётчиком, оборонял Крым, воевал под Люблином, форсировал Вислу. Говорит, что с 56 килограммами груза на спине (личные вещи, ствол миномёта, катушка кабеля связи) прошагал всю Европу. Огневые точки порой оборудовались в самых невероятных местах, стрелять приходилось даже из луж, и тогда солдаты просто раздевались, чтобы мокрая одежда не стесняла движений.

Города Европы произвели впечатление, но совсем не то, о котором принято писать. Не культурой они поразили, а дымящимися развалинами после артподготовки — шло яростное наступление на Берлин, сжималось кольцо вокруг фашистского логова. Среди наступавших был и молоденький командир миномётного расчета Василий Федорец.

На вопрос, как узнал о Победе, Василий Алексеевич улыбается одними глазами:

— Канонада затихла. Мы не привыкли к такому, даже говорить вслух боялись, чтобы не сглазить… Хотя понимали, конечно, что это может значить. А потом американцы водку притащили, наверное, целую канистру. Они ребята не промах — заняли спиртзавод, да там и обосновались.

Войну Василий Федорец закончил в звании старшего сержанта. Демобилизован был в 1951-м. В послужном списке — 18 боевых наград. Сразу, как только смог, приехал в Свердловск: здесь во время лечения в госпитале познакомился со своей будущей супругой. С тех пор считает наш город родным. Мирная жизнь радовала каждый день — и любимым делом, и дружной семьёй. Ради этого и воевал.