Деревянные подошвы для подвига

В день выхода в свет этого номера газеты, 8 мая, в полдень на Машиностроительном заводе им. Калинина (пр. Космонавтов, 18/50) у мемориала погибшим на фронте рабочим состоится торжественный митинг. Безусловно, в своих выступлениях ветераны вспомнят, как они трудились по 14—18 часов, как ковали Победу в глубоком тылу.

Нам, нынешним, даже трудно себе представить, какие лишения терпели тогда люди. В ноябре 1941 года из подмосковных Подлипок на Урал пришёл 51 эшелон с эвакуированным оборудованием, но главное — со специалистами. Не обошлось без эксцессов. Рабочим отправляемых в тыл предприятий в целях секретности до последнего ничего не говорили. Так что когда станки начали снимать, люди просто подняли бунт — они хотели работать. Пришлось вмешаться наркомату и НКВД, разъяснить цель демонтажа оборудования.

Ехать две тысячи километров было совсем не просто. Во-первых, это не плацкарт — это обыкновенный грузовой вагон, в котором сколочены нары в три этажа, а в углу стоит сделанная из небольшой бочки печка-буржуйка. Да и ту не всегда есть чем протопить. А морозы-то уже за минус 40 перевалили. И приехали люди в «чистое поле»: не то что домов — палаток не стояло. Это чуть позже на месте нынешнего педуниверситета появился барачный посёлок ЗиК.

Всё это нам рассказывает, водя по экспозиции, Антон КУЗЬМИН, директор музея одного из самых «закрытых» екатеринбургских предприятий. Более 50% всех зенитных пушек, поступивших во время войны в Красную Армию, было выпущено именно в Свердловске. Предприятие и сейчас специализируется на производстве средств противовоздушной обороны. «Сюрприз» от МЗиК получил самолёт-разведчик американца Генри ПАУЭРСА в 1960 году, да и в марте 1999 года в Югославии прославленный самолёт-невидимка «Стелс» был сбит именно комплексом ПВО, произведённым уральцами.

Это сегодня мы видим красивый фасад на проспекте Космонавтов. А в 1941 году, как только заканчивался монтаж оборудования, станки сразу же запускали в работу. Вместо крыши на цехах — брезент. Стёкол нет. Для обогрева в цехи загоняли паровоз. В станках замерзала эмульсия, поэтому мальчишки-школьники бегали между станками с горящими факелами — прогревали оборудование. В пролётах цехов жгли костры. Но продукция на фронт шла.

Быт рабочих был и того тяжелее. В августе 1942 года, почти через год после завершения эвакуации, на заседании свердловского партхозактива звучало: «Общежития на 1 200 человек являются преступно-бюрократическим отношением к живому человеку. Нет в них не только таких вещей, как радио, шашки, шахматы, а самого необходимого — воды, света, кружек для питья, табуреток, столов, вешалок». Да что там вешалки — дров не было для печек!

Люди приезжали в эвакуацию подчас с фанерным чемоданчиком, в котором много ли увезёшь? В заводском музее под стеклом хранятся пары зимней и летней обуви, которую шили здесь же, на предприятии, в созданной сапожной мастерской, из остатков кроя брезентовых чехлов для пушек. Подошва была деревянной. Различались они тем, что летняя обувь шилась по типу сандалий, а зимняя немного напоминала современные ботинки. Валенки, сапоги, солдатские ботинки — всё это люди отдавали фронту.

Под стеклом — и продовольственные карточки тех лет. Там нет ни мяса, ни молока. Хлеб, только хлеб. Рабочие на «оборонке» получали его 800 граммов в сутки. Для тяжёлого физического труда это полуголодное существование. Да пекли тот хлеб с примесями, сейчас такой никто бы «на язык» не попробовал. Столовая на заводе имела всего 60 посадочных мест и была в состоянии приготовить не более 3 000 порций обеда в сутки. Что это был за обед? Рабочие называли его «лошадиный суп», похлёбка готовилась из воды с неочищенным овсом. Вместо жиров использовали ЦИАТИМ — масло для смазки артиллерийских систем. Лишь иногда в столовой готовили обеды из рубца. Однажды таким обедом отравились сразу 80 человек.

Много интересных экспонатов под стёклами стендов. Но главный, посвящённый Великой Победе, стоит на самом видном и почётном месте. Фашистскую свастику протыкают русские штыки. В 1945 году его изготовили ребята из фабрично-заводского училища. Литейщики отлили знак, а сварщики вплавили в него штыки, которые пришли на завод в переплавку с мест боёв. Фамилий ребят история, к сожалению, не сохранила. Но символ несгибаемости уральцев перед трудностями, символ трудового подвига в годы войны останется уже навсегда.