Антон Комолов: «Надеюсь, что мой ребенок не считает себя сыном ленивца»
Начало октября на канале РЕН ТВ ознаменовалось стартом нового научно-развлекательного проекта «Механический апельсин». Кроме сюжетов о поразительных научных открытиях, самых последних технических новинках и достижениях человеческой мысли, программа интересна еще и тем, что ее ведут две популярные звезды телеэфира: Мария Кожевникова и Антон Комолов.
Мы поговорили с Антоном Комоловым, как складываются его отношения с супругой Владой, сыном Андреем. Узнали, труден ли заработок современного телеведущего.
– Как ваша супруга Влада и сын Андрей относятся к вашей деятельности в шоу-бизнесе?
– Жена, естественно, поддерживает, по многим вопросам советуюсь именно с ней. А ребенок где-то полгода назад спросил: «Пап, а ты журналист?» Я начал думать, кто я по образованию, насколько это совпадает с моей работой. Ведь инженер и ведущий – это разные вещи. В голове у меня все это пронеслось. Говорю ему: «Ну, нет, наверное». Андрей убежденно парирует: «Я видел твое фото в журнале. Значит, ты – журналист».
– Что для вас семья? Какой вы муж, отец?
– Я воспитан в обычной советской семье, в которой всегда позиционировалось, что семья – это важно. Я-то, конечно, думаю, что я – хороший муж и замечательный отец, но, справедливости ради, надо этот вопрос адресовать моей жене и сыну. Времени на семью остается не так много, как хотелось бы.
– Вы балуете своего ребенка?
– Мальчик не должен быть избалованным. Конечно, не в строгости держу, но, считаю, что у сына должны быть несбыточные мечты. Иначе получится, как в фильме «Игрушка» с Пьером Ришаром, помните? Важно, чтобы мой сын вырос в нормальной системе координат – добрым, умным, справедливым.
– Много денег в семью приносите?
– Достаточно. Кроме основной своей деятельности на радио и ТВ, я еще занимаюсь проведением корпоративных мероприятий. Данная часть моей работы приносит хороший доход. Но для меня это не просто зарабатывание денег. И я не согласен с тем, что унизительно говорить со сцены, когда другие пьют и едят! Это всего лишь специфика работы. В конце концов, от тебя во многом зависит, будут ли люди заняты только накрытым столом или будут и тебя слушать.
– А чем бы вы занялись в свободное время ради души, если бы у вас не было необходимости зарабатывать деньги?
– Это были бы путешествия. Причем не через турагентство, а личные путешествия. Это было бы делом моей жизни, правда, деньги я бы тогда не зарабатывал, а только тратил (улыбается).
– Сколько у вас настоящих друзей?
– Если честно, не считал. У меня есть трое приятелей еще со студенческой скамьи. Есть друзья, появившиеся после университета. Людей, с которыми связывают просто хорошие отношения, намного больше.
– Чем вы в жизни гордитесь больше всего?
– Честно говоря, у меня нет такой привычки сидеть и гордиться чем-то особенным в своей биографии. Мне кажется, хорошие и добрые поступки не терпят громких слов вокруг них. Поэтому то, чем я по-настоящему горжусь, этим не хвалюсь. И вещи, которыми я горжусь, не особо-то серьезны, до уровня достижений математика Григория Перельмана недотягивают.
– Какие истории из детства вспоминаете?
– Вы знаете, я был послушным, рано образованным мальчиком. Родители рассказывают, что я очень рано начал читать – чуть ли не в 3,5 года. Я всех впечатлял тем, что дошкольником ходил с шахматной доской под мышкой. Но это быстро закончилось. Карты, портвейн и сигареты «Друг» помещаются в детском кармашке с большей легкостью, чем шахматная доска и сборник партий Михаила Ботвинника.
– А что такое счастье для Антона Комолова?
– С одной стороны – это очень общее понятие, а с другой – очень личное. Самый счастливый для меня в жизни день – это рождение сына Андрея. Хотя ничто человеческое Антону Комолову не чуждо: бывает, ездишь по городу, с утра ничего не ешь и тут добираешься до какого-нибудь хот-дога и таким счастливым себя чувствуешь!
– Идеальная старость – это…
– Здоровая старость. И физически, и морально. Желательно в теплых краях. В окружении молодых девушек и книг.
– Во что вы никогда не хотели бы реинкарнироваться?
– Прямо в тупик поставили вопросом! Наверное, никогда не хотел бы родиться лаком для волос.
– Можно ли Вас найти в социальных сетях?
–Я не веду дневники ни в Twitter, ни на Facebook. Но дело, разумеется, не в инертности. Мне это не нужно. Тот же Твиттер – это сплошной хаос, трэш и потеря времени. Невозможно понять, что к чему, даже если это твит-лента умного человека. Конечно, для ряда людей блог, твиттер – это трибуна, с которой они высказывают свое мнение, выпускают пар. Но мне это неинтересно. Существует немало интернет-сайтов, где я смотрю новости. Таким образом, из разных постов, точек зрения на одно и то же событие, можно какую-то более или менее объективную картину для себя составить, сложить пазл.
– Представьте, что вам дали 30 минут эфирного времени без рекламы. Чем бы вы его заняли?
– Сложный вопрос на самом деле, потому что я достаточно долго работаю и на телевидении, и на радио. И розовых очков «не ношу» уже лет 10. Поэтому у меня сейчас нет мыслей из серии: «Вот в своей собственной программе буду ставить любимую музыку, болтать без разбора, о чем хочется и с кем хочется, и всем от этого будет клево». Умные люди, те, кто в бизнесе, мне в свое время рассказали, что любимую музыку нужно слушать дома, ее не надо никому навязывать. И я вижу, что далеко не всегда то, что интересно лично мне, интересно телезрителю, радиослушателю. Тут нужно четко понимать какие задачи преследует бизнес, кто целевая аудитория.
– Ну, а если пофантазировать?
– Ну, тогда полчаса, мне кажется, будет мало. Вообще я бы пригласил бы интересного человека (историка или ученого), который очень любит свое дело, и он увлеченно рассказал бы об этом. А может, просто хорошую музыку поставил бы!
