«Гав» от первого лица

Книги читать полезно. Особенно зимой, когда на дворе – холод и снег, а дома – горячие батареи и снега нет. А если в углу урчит единственный в телевизионной сетке канал «Культура», на сытом пузе хозяина сыто урчит единственный и неповторимый кот, да еще и книжка о нем и от его же хитрой морды написана… Благодать! Перед вами – совершенно субъективный топ литературных произведений, в которых наши четвероногие друзья не только главные герои, но и главные повествователи.

Ржут, да не до ржанья…

1. АПУЛЕЙ «Метаморфозы, или Золотой осел» (II век н. э.): «…Палестра достала ящичек, а я, уже раздевшись, поспешно натерся мазью, но сделался, несчастный, не птицей: сзади вырос хвост, пальцы исчезли неизвестно куда, а ногтей сделалось всего четыре,– и то копыта; руки и ноги становятся ногами вьючного животного, уши длинными и лицо громадным. Оглядевшись кругом, я увидел, что превратился в осла и, чтобы упрекнуть Палестру, не имел человеческого голоса. Только вытянутой нижней губой и всем своим обликом, глядя, как осел, исподлобья, я жаловался ейна то, что превратился в осла, а не в птицу».

2. Лев ТОЛСТОЙ «Холстомер» (1886): «…Я Мужик первый по родословной, я Холстомер по-уличному, прозванный так толпою за длинный и размашистый ход, равного которому не было в России. По происхождению нет в мире лошади выше меня по крови. Я никогда бы несказал вам этого. К чему? Вы бы никогда не узнали меня… Когда я родился, я не знал, что такое значит пегий, я думал, я лошадь. Первое замечание о моей шерсти глубоко поразило меня и мою мать. «Глянь-ка, Тарас, – крикнул конюх,– пегой какой, ровно сорока!» .Мать обеспокоилась, но не стала защищать меня и, только тяжело вздохнув, отошла в сторону».

Кошкино засилье

3. Эрнст Теодор Амадей ГОФМАН «Житейские воззрения кота Мурра (1819 – 1821): «…Рука извлекла меня из убежища, бросила на пол, и тут же я почувствовал два резких удара по щекам, на которых теперь, скажу без ложной скромности, выросли роскошные бакенбарды. Насколько понимаю, рука, уязвленная мускульной игрой моих лапок, наградила меня пощечинами. Так я познал связь между нравственной причиной и ее следствием, и именно нравственный инстинкт заставил меня втянуть назад когти так же проворно, как я их выпустил. Впоследствии эту способность – быстро прятать когти – с полным основанием признавали за проявление крайнего bonhomie и любезности, а меня прозвали «бархатной лапкой».

4. Пол ГЭЛЛИКО «Томасина» (1957): «…Наверное, девочки и кошки похожи. В девочках есть тайна, словно они что-то знают, да не скажут, они склонны к созерцанию, и они иногда смотрят на взрослых, как мы – пристально и непонятно. Если вы жили вместе с девочкой, знаете, как они уходят в свой мир, как они упорны, свободолюбивы, как не пронять их глупыми запретами. Те же черты раздражают взрослых и в нас. Ни девочку, ни кошку не заставишь что-то сделать против воли, тем более – себя полюбить. Да, мы с Мэри Руа во многом похожи...».

5. Владимир КУНИН «Кыся» (1997): «… И клянусь вам, я за эти 3 часа могу продрыхнуть в своем кресле, не прислушиваясь и не настораживаясь. Но в какой-то и мне самому неясный момент что-то меня будит и я, лежа в кресле с еще закрытыми глазами, точно ощущаю, что к дому подходит Мой Шура. С этого момента я знаю все, что должно произойти дальше…И за 6 лет жизни с Шурой Плоткиным я не ошибся ни разу. Откуда эта таинственная, почти мистическая способность?!.. Может быть, потому, что в наших кошачьих носах находится 19 млн нервных окончаний, а у Человека всего 5?..».

6. Сергей МАЛЕВАННЫЙ «Праката» (2009): «…Миня зовут Турецкий. Мой тятя был турецко-подранный. Немношко давно. А я буду Турецкий. Я кабута шубу носил и ел вон там. И спал тоже я. Это я спал, а не уронили шапку. Все с волосами, и ты тоже. А я у тебя хвост найду в одеяле, у всех хвост должен быть, и у тебя тоже. Ты меня чесал вот, и я найду, и тоже чесать буду хвост тебе. А то в штаны спрятал и не показывает. Ишь тоже. Буду суров. Есть мне дай, уже утро кабута, а ты еще не есть, а я не спать уже, тебе тоже не дам. Ухо помою вот и не дам. Мне пасты я бы хотел, дай?..».

Пы.сы и хо

7. Георгий ВЛАДИМИРОВ «Верный Руслан. История караульной собаки» (1963–1965, 1974): «…Ему почудилось, что вернулся хозяин – нет, не прежний его Ефрейтор, кто-то другой, без запаха и в новых сапогах, к которым еще придется привыкать. Но рука его, легшая на лоб Руслану, была твердой и властной. ...Звякнул карабин, отпуская ошейник. Хозяин, протягивая руку вдаль, указывал, где враг. И Руслан, сорвавшись, помчался туда – длинными прыжками, земли не касаясь, – могучий, не знающий ни боли, ни страха, ни к кому любви. А следом летело Русланово слово, единственная ему награда – за все муки его и верность: – Фас, Руслан!.. Фас!».

8. Юлия ГОРДЕЕВА «Коты в кармане» (2009). «…Хомяк чувствовал, как сквозь него проходят и скрещиваются параллель с меридианом, и осознавал, что именно он стал причиной их пересечения. Однако держать свою значимость внутри себя было не в его характере, и он, повернувшись на бочок и подперев ручкой голову, принялся оглядываться в поисках предмета, к которому не стыдно было бы приложить сверхъестественную длань. Заприметив в зыби окружающего сахарницу, хомяк встал и по синусоиде отправился к ней. «Э-ге-гей, марамоец, погоня-ай!» – распевал хомяк, веселя и подначивая себя».