Блюдо, которое подают холодным
Он, конечно, тварь с характером. Самодостаточен, независим, привередлив. Вредность, не скрою, тоже есть: сколько колгот погибло под его острыми и вездесущими коготками! Умолчу о редкостной пронырливости и мастерской, наглой, по-ювелирному безупречной вороватости. Но стоит отдать коту должное: за всю свою пока еще недолгую жизнь он ни разу (тьфу-тьфу-тьфу) не справил нужду в пресловутые ботинки!
Разница возмездий
В человеческом мире различают мстительность здоровую и не очень. Первая отвечает на удар ударом, неся благородную цель предотвратить последующие попытки нагадить. Она будто показывает: я тоже не слабак и могу ответить, даже если ты больше, выше и весомее меня. Та мстительность, которая не очень, бьет обидчика до тех пор, пока от него не остается мокрого места – хотя бы символически. Несчастный уж и запамятовал, какое оскорбление когда-то нанес, а зло все льется и льется на голову, как из рога изобилия. Человечьей природе же так органично пустить, к примеру, гадкий слух, проколоть шины или набить морду лица. Чтобы «проучить».
Зверье тоже иногда прибегает к мордобитию. Но вовсе не потому, что кто-то когда-то чье-то место на стоянке незаконно занял, женщину из семьи увел или, будучи ребенком, нечаянно своровал у дружка по песочнице ведерко. Драки братьев меньших проистекают из первобытного инстинкта охраны своей территории, защиты своей собственности, своего вожака. Это демонстрация силы, борьба за доминанту или… элементарная агрессия. И чувству мести, как и злопамятности, здесь места нет. Но почему они метят хозяйскую обувь и кидаются из-за угла на хозяйские ноги?
Око за зуб, зуб – за око
Я не злопамятный – просто злой, и память у меня хорошая. Прекрасный постулат типичного брата по разуму из рода homo sapiens, не так ли? Еще лучше формула «я не злопамятный – отомщу и забуду». Но давайте посмотрим честно на себя: в жизни каждого случались моменты, когда по сердцу разливалась сладость от свершенного акта возмездия. Чувствуете подзабытую, но острую и чуть стыдливую, свербящую радость от того, что кому-то, пусть и немножко, хуже, чем вам? Что кто-то – вполне заслуженно! – «поставлен на место» и теперь точно знает, где оно. Когда око взято за око, а за зуб выбит зуб, мировая справедливость восстановлена, и можно спокойно жить дальше.
Но наступите однажды любимой собаченьке на хвостик. Попросите прощения и… наступите снова. Третьего раза, полагаю, не понадобится: как только стопа в тапочке вознесется над хвостом питомца, в плоть человечью вопьются зубы. Как минимум. И спорим, что первой после нецензурных будет мысль «Ах ты тварь мстительная!» А пес, невинное создание, себя защищал – заранее. Еще пример. Гадит, поганец, на кровать. Лапочка-душечка-пусечка, но любимым местом для отправления малых и больших нужд избрал плед. И что только в профилактических целях не делаете: и по попке шлепаете, и криком кричите, и мордочкой в провинность тыкаете, и на форумах товарищам по несчастью плачетесь. Без толку. В ответ – все новые лужи и кучки. И вдруг вас озаряет: он же, скотина, помнит, как когда-то в порыве страсти его с постели вышвырнули. Открыто конфликтовать не рискнул, а так, по-партизански «мину подложить» – запросто. Зато когда кошака с поля любовной брани выгонять перестали, диверсии прекратились.
Дружба по-королевски?
Против природы не попрешь. Если животное имеет хорошо выраженный инстинкт самосохранения, уповать на разум бесполезно. Да и есть ли он, разум? Любители фауны гласят: конечно, есть! И душа тоже! А в прошлой жизни котопес вообще пахарем был. Или королем… А ведь так, согласитесь, по-королевски – сводить счеты с недругом и другом.
Любопытный факт: сиамских кошек считают едва ли не самыми мстительными и злыми. Действительно, норов у них тот еще, но справедливо ли приписывать нелицеприятные черты одним лишь выходцам из Сиама? Некоторые полагают, что злопамятством отличаются бегемоты и слоны. Причем последние отмечены даже народной мудростью: «Women and elephants never forget!». Собаки – создания стайные, а потому больше озабочены статусом в группе. Здесь, скорее, верна истина о действии, рождающем мгновенное противодействие. И не уравнивайте позиции человека и зверя – один отягощен сознанием и умом, другой просто красив. Но и тому и другому в отношениях нужны уверенность и доверие.
Знатоки утверждают: чем больше наказывать питомца, тем больше проделок будет. Почему? Не из-за того, что памятлив, как черт, а потому, что без шалостей и игр животное – больное животное. Без врожденных поведенческих инстинктов – не животное вовсе. Звериные потребности имеют право на существование. Идите на хитрость – и вам постепенно пойдут навстречу. Создайте комфортные условия – и поводов для конфликтов станет меньше. Учитесь дружить, но помните о том, кто в доме хозяин.
Память места и сердца
Благородных кровей персиянка благодушием не отличалась. Чуть не по ее, отвечала не задумываясь. Метод был один, но конкретный: метить обувь. Вроде не критично, но все равно. Однажды семейство отправилось на дачу: пикничок, шашлычок, разговоры по душам. О кошатине подзабыли. Дабы привлечь к своей царственной персоне внимание, она разоралась. Народ не внял. Обиженное создание удалилось в коридор и оправилось в традиционном месте. Сидит, довольная пакостью, наблюдает, что будет. Хозяин молча встает, подходит к кошкиному горшку, расстегивает на глазах у изумленной публики ширинку… После такой «мести» животное на аналогичное больше не решалось.
Желание отомстить заканчивается у человека там, где он начинает понимать и прощать другое, более или менее разумное, существо. Как только в потемневшем от злопамятства сердце рождается луч любви, мстительность, словно туча в непогоду, рассеивается. В идеале. В действительности все, естественно, сложнее: понять мотивы и поступки чужой души порой трудно, еще труднее справиться с эгоистичными чувствами и пересилить ради прощения внутренние комплексы. Тараканы, живущие в голове каждого, порой совсем не хотят мириться с обидами и обидчиками. Тут, наверное, и стоить вспомнить: у животных эго нет, а значит, и поддаться ему они не могут. Право, такому качеству стоит поучиться.
