Кто послал Железняка на «X-й…»?

Чтобы лишний раз убедиться в том, как наш брат-журналист реагирует на сенсации, насколько рад громким информационным поводам, а общество живо откликается в большинстве своём именно на «жареные» новости, достаточно сделать запрос в любом из русскоязычных поисковиков во Всемирной паутине на тему «Съезд Союза журналистов России». Первые несколько десятков страниц ответов будут содержать сотню-другую ссылок на сайты информационных агентств с однообразными сообщениями о двух «темах» журналистского форума.

Первая — как делегаты «захлопали» выступавшего с трибуны вице-спикера Государственной Думы Сергея ЖЕЛЕЗНЯКА. Вторая — что на другой день съезда на установленной в Колонном зале Дома союзов, где 18—19 апреля и проходил форум, символике вместо ранее написанного «X-й съезд Союза журналистов России» значилось «X съезд Союза журналистов России».

При этом комментарии ко второй теме сводятся в основном к тому, что, мол, организаторами форума был учтён недавний запрет на нецензурную лексику в СМИ: ведь в изначально вывешенной транскрипции при желании можно было обнаружить матерное слово. В общем, заклеив букву «й» и дефис, убрали якобы сам повод для вульгарной противозаконной двусмысленности.

А если по-честному, следовало бы говорить, что изначально были «всего-то» нарушены принятые в русском языке правила написания словосочетаний и предложений, содержащих римские цифры: римские цифры, обозначающие порядковые числительные, пишутся без наращения падежного окончания, и кто-то знающий эти правила из числа делегатов указал на то организаторам. Однако сказать, что в российском журналистском сообществе полно тех, кто не в ладах с русским языком, журналисты-информаторы почему-то постеснялись. Впрочем, скорее всего, они и сами не заметили ошибочной небрежности.

И сразу вспомнилось, как пару лет назад студентов-первокурсников столичного факультета журналистики тестировали диктантом: у большинства результаты были между двойкой и тройкой. К слову, немало двоечников оказалось и среди уже профессиональных журналистов по итогам добровольного написания недавно состоявшегося всероссийского диктанта, — увы…. Зато «сальную» тему в сообщениях с журналистского форума наши коллеги-информаторы отработали сполна, а судя по рейтингу просмотров, именно такой поворот «темы» привлёк и «устроил» пользователей Интернета.

Тогда как тема профессионализма — а эта тема весьма широка и применима не только к журналистскому сообществу: в России, какую сферу деятельности ни возьми — экономику, государственное управление, законодательную власть, научные институты etc, — всюду полно дилетантов, — должного освещения не получила.

Хотя на съезде об этом говорили. Декан факультета журналистики МГУ Елена ВАРТАНОВА, например.

По её мнению, редакции СМИ буквально выхватывают скороспелых, «зелёных» ещё студентов, и те не только не получают знаний даже об азах профессии (вместо лекций и практикумов бегают по редакционным заданиям), но вдобавок их ещё и «портят» в котле ангажированной прессы, которая по большей части просто использует эту дешёвую рабочую силу. И будущие журналисты впитывают не дух журналисткой корпорации, в кодексе которой значится отражать весь спектр мнений по поводу общественно значимых событий и процессов, а улавливают умение подстраиваться под корпоративные задачи владельцев СМИ, под конъюнктуру медийного рынка: «Чего изволите?» А это всё неизбежно чувствует читатель-зритель-слушатель, и доверие к СМИ падает.

Помочь изменению ситуации, считает Вартанова, могли бы мастер-классы известных журналистов, возрождение института профессионального наставничества. Я спросил сидевшего со мной рядом члена нашей Свердловской делегации декана департамента «Факультет журналистики» УрФУ Бориса ЛОЗОВСКОГО, согласен он со своей коллегой? «Да», — сказал тот. Поднять престиж профессии можно только за счёт, извините за тавтологию, повышения профессионализма журналистов — а для этого необходимо высокое качество обучения, а не «забеги» по верхушкам ремесла.

Однако вернёмся к первой теме. По большому счёту она также иллюстрирует уровень профессионализма — только уже власти, политических структур.

Не знаю, кто послал вице-спикера Госдумы, последовательно конфликтующего с журналистами, на журналистский съезд. Может, конечно, он сам изъявил желание пообщаться, а возможно, лишний раз подискутировать с журналистами и редакторами, как им жить и творить — у Железняка и многих его коллег по Госдуме и партии на то есть свой взгляд, и они имеют на него полное право, — но конфуз действительно случился.

Да, аккредитованные на съезде информаторы правы: выступление Железняка «захлопали».

Но не только потому, что именно он, автор целого ряда законопроектов, которые, по мнению многих журналистов (автор этих строк в их числе), ограничивают в России свободу слова, стал произносить дежурные фразы о «значимости журналистского сообщества» и в целом СМИ как «нервной системы современного общества, важнейшей части демократического государства».

И не потому даже, что вице-спикер Госдумы довольно неуклюже коснулся темы введения цензуры в СМИ, столь болезненной для конкретной аудитории.

Его «захлопали» потому, что он не стал отвечать на конкретные вопросы, ради ответа на которые его, по сути, и «вызвали» на трибуну.

Поясню. Публицист Олег ПОПЦОВ, говоря с трибуны о проблемах свободы слова в современном мире, в ряду приёмов удушения этой свободы обозначил финансово-экономические приёмы и в качестве примера привёл цитаты из запроса Железняка мэру Москвы Сергею СОБЯНИНУ, на каких, мол, основаниях редакция одной из московских газет пользуется льготами по арендной плате. А всем известно, что именно эта газета подверглась в последнее время массированным нападкам депутатов Госдумы в связи с публикациями, которые не пришлись народным избранникам по вкусу и расценены были как оскорбительные.

Например, заметка о трёх депутатках, не раз сменивших за последнее время свои политические взгляды и партийную принадлежность. И как можно таким депутаткам доверять? — вопрошала газета.

На мой взгляд, заметка хоть и справедлива по фактической составляющей — если в приснопамятное советское время многие колебались вместе с линией партии, то нынче эти колебания расширились до многопартийности, а главное — «колеблются» в поисках меркантильных либо карьерных, — но крайне беспомощна в профессиональном плане. Впрочем, писал заметку не штатный сотрудник газеты, а внештатный автор — типа «народный корреспондент», — и тем большее удивление вызывает явно неадекватная реакция на неё депутатского корпуса.

Нет, в суд не пошли — ни сами дамы-депутатки, которых с ленинской прямотой автор заметки назвал «политическими проститутками», ни защищающие их коллеги мужицкого пола, зато стали изобретать, как обелить себя и наказать газету законодательными способами и имущественными методами. В то время как реакции на волнующие всё общество темы, скажем, в защиту граждан, бизнеса от чиновного и депутатского произвола, поднимаемые профессиональными журналистами, от чиновников и депутатов порой и не дождаться. Например, критикуем мы сейчас сомнительные поползновения свердловской региональной власти на право муниципалитета — читай: горожан — распоряжаться землёй в городе или отмену областной властью штрафов за нарушение чистоты в городе, — где хоть один отклик от критикуемых?

Но я отвлёкся. После выступления Попцова ведущий заседание тактично сообщил, что Железняк в зале присутствует, и ему обязательно дадут слово — ещё до ближайшего перерыва.

И аудитория справедливо полагала, что г-н вице-спикер скажет всё, что считает нужным сказать — и по поводу своего обращения к мэру Москвы, и по поводу конфликта Госдумы с редактором нелюбимой депутатами газеты, и будет апеллировать Попцову по затронутой теме, глядя ему прямо в глаза, как это сделал его визави. Но…

Но депутат Железняк вместо конкретики в открытом разговоре предпочёл своего рода лекцию с поучениями. Зал не раз просил оратора повернуть выступление в русло дискуссии и даже предлагал дать дополнительное время для выступления, но тот с удивительным упорством продолжать гнуть собственную линию, за что, собственно, и был аплодисментами с трибуны удалён.

Реакция журналистов объяснима, хотя тоже вызывает вопросы. А умеет ли российское журналистское сообщество вообще слушать — пусть даже ахинею с трибун несут, — чтобы исполнять своё профессиональное предназначение: доносить до граждан информацию в полном объёме, выдавать палитру комментариев, наконец, представлять героев своих публикаций такими, какие они есть — и пусть читатель-зритель-слушатель сам разберётся, кто есть кто. И что в этом мире значит и решает. На всякий случай скажу: полный тест речи Железняка можно найти на сайте партии, в которой он состоит; это, по моему мнению, местами действительно образчик словоблудия и лукавства, — но лучше уж вы сами составите мнение…

Кстати, позиция Железняка оказалась уязвимой как минимум по двум причинам.

Первая — та, что, по моей информации из заслуживающих доверия источников, относительно данного газетно-думского конфликта возобладало мнение, что надо как-то прекратить фехтование эмоциями, тем более что влияние газеты на московскую аудиторию, как выяснили социологи, сильнее влияния на неё депутатского корпуса — и кто окажется в большем проигрыше, понятно. А потому Железняк, как верный член правящей партии, ни под каким видом не имел права снова конфликта касаться; знал ли об этом поднявший тему Попцов, или всё вышло спонтанно, мне неизвестно.

Вторая — та, что с приветствием к X съезду Союза журналистов России обратился сам Президент Владимир ПУТИН. Оно было зачитано с трибуны в самом начале форума. «Проведение вашего форума значимо не только для журналистского корпуса, но и для общественной жизни всей России», — говорилось в приветствии. Сделав акцент на том, что «честное слово журналиста имеет огромный вес», Путин подчеркнул, что для эффективного демократического развития, укрепления гражданского общества, для решения важнейших задач, стоящих перед страной, Россией востребованы «активная, ответственная позиция СМИ, по-настоящему независимая и смелая журналистика».

То есть это мнение сильно шире рамок, кои хотели бы установить современные «железняки».

К слову, и председатель Госдумы Сергей НАРЫШКИН, чьё приветствие также зачитали на съезде, сказал несколько отличное от тезисов одного из своих заместителей, а именно: «Гарантированная Конституцией свобода слова — это залог современного успешного развития средств массовой информации. И во многом — одно из фундаментальных условий реализации других конституционных прав и свобод человека и гражданина». Как подметил Нарышкин, обращаясь к журналистскому сообществу, «именно вы зачастую первыми предупреждаете и власть, и граждан об опасностях на пути построения правового государства».

Другой вопрос — слышат ли журналистов и хотят ли к ним прислушиваться; хотят ли сами журналисты слышать и слушать людей, чувствовать, как говаривали ранее, пульс страны.

Ещё один вопрос — установив монополию на истину, кто бы ни пытался такую монополию «отхватить» — СМИ, чиновники, депутаты, гражданские активисты, да просто в хорошем смысле обыватели, «простые» люди, — можно ли отыскать пути выхода из проблем?

Разговор об установлении таких норм взаимоотношения в обществе и государстве для совместного поиска истины из знания множества правд и шёл на съезде — пусть и не всегда откровенный, но попытка такая однозначно сделана. «Мы видим непрекращающиеся попытки использовать ситуацию во вред прессе и всему тому, что она традиционно олицетворяет — демократии, свободе, возможностям человека ощущать себя человеком, — звучало из уст ораторов. — Бюрократия счастлива самой возможностью дискредитировать своего единственного врага, но не понимает, что одновременно выбивает почву из-под собственных ног. Любые попытки ограничить прессу установлением или усилением цензуры, чем бы они ни оправдывались, в историческом смысле нерентабельны».

Депутат Госдумы, секретарь СЖР Борис РЕЗНИК говорил о необходимости закона, который бы обязывал реагировать на выступления СМИ. «Нам дали свободу слова. А себе чиновники оставили свободу не реагировать», — сказал он с трибуны съезда. А обращаясь к тому же коллеге по Госдуме Железняку, Резник заметил, что не надо то, что сказал Президент, «подвергать ревизии».

Спорили и о предназначении журналистики. «Пресса как цех всегда либеральна», — заявил тележурналист Николай СВАНИДЗЕ. Его оппонентом выступил писатель, главный редактор «Литературной газеты» Юрий ПОЛЯКОВ: «В России есть и консервативная журналистика, это хорошо». Одна из самых молодых делегатов Анна БОГДАНОВА-ТАРКОВСКАЯ выразила искреннее возмущение тем, что чиновники зачастую врут, и это транслируется по телеканалам: «Чем чудовищнее ложь — тем охотнее в неё верит общество».

Но также прозвучала с трибуны съезда боль за то, что «нынешние молодые журналисты хотят карьеры и денег (что в принципе не страшно), но не хотят влиять на общество и мир (что значительно хуже). Впрочем, об отсутствии желания изменить мир к лучшему, обустроить Россию в комфортное для каждого человека место на Земле можно говорить в преломлении ко всему обществу — в какой бы профессиональной ипостаси каждый из нас ни выступал…

P.S.:Делегация Свердловской области на съезде состояла из 9 человек. Свердловская делегация предложила переизбрать Всеволода БОГДАНОВА, возглавляющего СЖР с 1992 года, на новый срок. В результате открытого голосования 378 делегатов при 1 воздержавшемся избрали Всеволода Богданова Председателем Союза журналистов России.

С официальным отчётом со съезда и его документами можно ознакомиться на сайте Союза журналистов России.

От редакции: Виктор ТОЛСТЕНКО — политический обозреватель, делегат X съезда Союза журналистов России от Свердловской областной организации.