Образцовая вечность

На свете нет книги, более почитаемой и читаемой на тысячах языках, испытавшей страшные гонения и беспримерное поклонение, чем Библия. С издания Библии Иоганном ГУТЕНБЕРГОМ в начале 1450-х годов началась история европейского книгопечатания. Сюжеты и персонажи, живущие на нетленных во времени страницах Вечной книги, с древних пор и до наших дней вдохновляют художников на создание произведений.

Московский коллекционер Владимир БЕЛИКОВ считает:

«Было бы очень интересно представить в экспозиции работы разных мастеров на один и тот же библейский сюжет, например, вот этот — о блудном сыне. Или познакомить зрителей с библейскими визуальными интерпретациями современных художников второй половины ХХ—начала ХХI века…»

Но это дело будущего, а сейчас в Музее изобразительных искусств (пер. Воеводина, 5) открыта выставка печатной графики старых мастеров Западной Европы, воссоздававших содержание Библии в гравюре в течение трёх столетий — с XVI по XVIII век. Для экспозиции «Образы Вечной книги» наш музей и Владимир Беликов выбрали почти 200 гравюр из собрания коллекционера. Эти «Образы…» мы видим на выставке в поистине образцовых гравюрах мастеров Германии, Нидерландов, Италии, Франции, Англии…

На выставке в Музее изобразительных искусств «Образы Вечной книги» можно читать Библию вместе с художниками. Ветхий и Новый заветы предстают в гравюрах на дереве, офортах, меццо-тинто, на миниатюрных — с открытку — листах и в работах большого формата. Три столетия художественного осмысления библейских притч не только открывают личное видение вечных смыслов каждого из мастеров, но, что не менее важно, эти гравюры сами уже принадлежат вечности — тонким совершенным искусством их создателей.

Коллекционер Владимир БЕЛИКОВ собирает только графику. Это уже четвёртая выставка из собрания известного москвича в нашем Музее изобразительных искусств. До «Образов Вечной книги» были тематические выставки, посвящённые другим книгам, — Фёдора ДОСТОЕВСКОГО, Антона ЧЕХОВА, а ещё на фестивале меццо-тинто были отдельным блоком представлены исторические портреты знаменитых личностей Российской Империи. Владимир Беликов провёл для ВЕ первую экскурсию 11 июня и обратил наше внимание, что многие гравёры воспроизводили в своих работах картины великих живописцев на темы библейских историй. Так, неизвестный, но весьма искусный итальянец XVI века повторяет в гравюре картину знаменитого венецианца Якопо ТИНТОРЕТТО «Благая весть». Фламандец Корнелиус ГАЛЛЕ-старший создал гравюру резцом «Младенцы Иисус и Иоанн» с оригинала Питера Пауля РУБЕНСА. А француз Антуан Луи РОМАНЕ вдохновился картиной Рафаэля САНТИ «Святое семейство». Но это не копирование, не буквальное повторение, что и не может быть при «переводе» языка живописи на язык графики — совершенно другой изобразительной техники, мастер которой придаёт своей работе иную оригинальность.

Издания Библии со времён Гутенберга выходили и с иллюстрациями, и без них. Куратор выставки от ЕМИИ Екатерина КОРНЕЕВА показала такие двусторонние, как в книге, фолио. Правда, только с одной стороны, то есть из шести — три, иначе на музейных стенах их не представить. Это гравюры на дереве знаменитого Лукаса КРАНАХА «Мученичество апостолов».

Произведения 1521 года выдающегося нидерландского гравёра Луки ЛЕЙДЕНСКОГО названы им «Малые страсти». Не потому, что изображённый автором в гравюрах путь Спасителя от распятия до Воскресения — это какие-то другие страсти по накалу и тяжести испытания. «Малые» — здесь просто размер.

Интересно, что и в те три века, как и в наше время, художники частенько актуализировали вечные сюжеты. Неизвестный гравёр Немецкой школы XVIII века в собственной графической трактовке помещает персонажей притчи о блудном сыне в интерьеры своего времени, надевает на них завитые парики, и «прелестницы» в сцене разгула одеты по последней моде… Осовременивание было обычной практикой художников во все века. Вечная книга оттого и вечная, что всегда соотносится с твоей сегодняшней личной судьбой.

Экспонирующиеся листы станковой графики, печатные страницы из альбомов гравюр снабжены библейскими текстами на латыни, иногда ссылками на главу или стих. Но здесь ещё предстоит немало интересной работы по атрибутированию для наших музейных искусствоведов. Вечность сулит открытия.