Идёт навстречу берёзка…

Фото

На выставке екатеринбургского художника Антония БУШУЕВА, открывшейся в здании администрации ВЕРХ-ИСЕТСКОГО РАЙОНА (ул. Московская, 27), получаешь особое настроение от встречи с классическим русским пейзажем. Здесь в лирических картинах — то самое, что памятно и дорого, что дарит мгновенную радость узнавания. Знакомо, как вкус родниковой воды, запах смолистых шишек, ароматы клевера…

— В русском пейзаже главное — атмосфера, — считает Антоний. — Нюансы. Иногда почти неуловимые. Видишь берёзу с чуть желтеющей листвой, и вдруг она выступит тебе навстречу из ряда деревьев, и ты внезапно обретаешь героиню своей будущей работы. Такое деревце очень часто похоже на женщину. Помните, как у ЧЕХОВА в «Вишнёвом саде»: Раневская смотрит в окно, и ей кажется, что мать идёт по саду. Или еловая аллея в «Трёх сёстрах», которая навевает сёстрам воспоминания о родителях. Вот что-то подобное чудилось мне, когда я писал свою «Жёлтую берёзку»…

Смотрю на пейзажную лирику — не в словах, в красках — художника Антония Бушуева и начинаю ощущать ностальгию, свойственную жителям мегаполиса. Мы подсознательно тоскуем по той атмосфере, которую могут подарить только лес, поле да берег реки…

Исаак ЛЕВИТАН часто говаривал, что ничего не может быть трогательней и проникновенней русского пейзажа (а он, согласитесь, был знаток). И впрямь есть в этих полях и перелесках, в этих оврагах и пыльных просёлочных дорогах, в нежных вечерах и прозрачных рассветах нечто, берущее за душу. Этот пейзаж делает жизнь похожей на музыку.

Для Антония Бушуева любая неожиданная «мелочь» природы может стать поводом к пейзажному вдохновению. И вообразить себе не могла, каким буйно-красивым может быть… бурьян, пока не увидела бушуевский пейзаж.

— Любой новый ракурс или момент смены освещения — для пейзажиста очередной подарок. Знаменитый французский импрессионист Клод МОНЕ, например, мог целый день просидеть на одном месте, на маковом поле или среди провансальских стогов и написать за день целую серию пейзажей, один лучше другого. Русская природа удивительно щедра на такие подарки. Нашему пейзажисту совершенно не обязательно лезть на Монблан или ехать к Ниагарскому водопаду, чтобы захотелось взяться за кисти. Достаточно просто выйти за околицу. А там уже каждый пригорок тебе друг, каждое дерево…

Как магнитом, потянуло к «Берёзовому мысу» Бушуева — простому, странному, заповедному. Лёгкий ветер чуть трогает жёлтые кроны берёз, перебирает изящные ветви, и, кажется, деревья эти ведут между собой бесконечный разговор, а может быть, даже импровизируют стихами. Ещё более лирична работа «Берёзовый ажур» (к берёзам Антоний Бушуев явно не равнодушен). Здесь царит серебристо-жёлтый праздничный свет, и синяя даль сквозь ажур веток чарует свежестью, музыкальной звонкостью колорита.

Художник поделился с ВЕ своими ощущениями:

«Очень понимаю ПУШКИНА, который так любил осень, в осенних мотивах русской природы есть что-то одновременно драматичное и царственное. Удивительно трогает хрупкость, сиюминутность этой красоты. Стоишь, бывало, с этюдником, пишешь мотив и всей кожей ощущаешь эту «уходящую натуру». Вот сейчас это дерево или эта роща воистину прекрасны, а завтра листья уже облетят и лес предстанет перед тобой во всей своей грустной обнажённости. Впрочем, и тогда он будет прекрасен…»

Вместе с Бушуевым поднимаюсь на «Взгорок», прячусь в ветвях «Яблоньки», любуюсь величавой «Сосной», слушаю шелест «Последней листвы». Пейзажи родились «в один присест», легко, разом — alla prima — в поездке, которую художник совершил прошлой осенью в Вышний Волочок, на Академическую дачу им. И. Е. Репина Союза художников РФ. Во всех работах, представленных сейчас на выставочной площадке на ул. Московской,27, есть единство живописной серии. Это плавный и вдумчивый рассказ художника о том, как проникновенны бывают сентябрьские дни, когда, по выражению поэта, в русской природе царит такое настроение, что веришь — всё ещё будет очень хорошо.