Писательство в формате Windows
Вчера в Музее «Литературная жизнь Урала ХХ века» (ул. Пролетарская, 10) открылась вторая часть постоянной музейной экспозиции — интерактивная «Лаборатория писателя».
В тёмной «ночной» музейной комнате множество «окон». Они распахиваются одно за другим, по желанию посетителя, как в компьютерной операционной системе. Ночь — любимое время тех, кто творит из образов, облечённых в слова, свой мир. И этот мир мы открываем в книгах, как открываем окна в доме или на мониторе компьютера.
Но до книги, до рукописи, ещё до первого слова на чистом листе к каждому писателю приходит желанная, любимая, хоть и частенько проклинаемая гостья. Её можно звать музой и представить в образе летучей красавицы с лирой в руках. Точно такая муза «зависла» у одного из окошек «Лаборатории». А можно назвать по-другому — очень важным в творчестве словом, не имеющим отношения ни к мужскому роду, ни к женскому: вдохновение. И оказывается, его тоже можно показать.
Заместитель директора объединённого Музея писателей Урала Рамзия ГАЛЕЕВА предъявила нам источник вдохновения Владислава КРАПИВИНА. Поворот штурвала, поворот витрины, звякнула корабельная рында — и открылась старая карта Вест-Индии. Писатель в благодарность за творческий подъём «одел» этот источник творчества в красивую раму и подарил музею. Теперь его вдохновение мы можем рассмотреть в «Лаборатории писателя».
Первую часть постоянной экспозиции создали к 65-летию объединённого Музея писателей Урала (ОМПУ) весной 2011 года. Писатели первой половины прошлого столетия со своими книгами и артефактами расположились в «агитвагоне» и на стенах и в витринах «военного» зала Музея «Литературная жизнь Урала ХХ века». Настал черёд второй половины, которая позволит представить писательский век во всей полноте.
Экспозиция «Лаборатория писателя» переносит атмосферу творческого уединения в музейное пространство и открывает — окно за окном — тот тихий мир, где «каждый пишет, как он дышит, не стараясь угодить». Письменный стол — свято место. В темноте вспыхивает настольная лампа Николая НИКОНОВА, которого ещё совсем недавно называли живым классиком, а теперь просто классиком. Блики света отражаются «золотым» письменным прибором с фигуркой саламандры. Его подарили Вадиму ОЧЕРЕТИНУ после выхода в свет романа «Саламандра». Главный хранитель ОМПУ Екатерина ЛЕДЕНЦОВА открывает ящики стола: там партбилет Павла КОДОЧИГОВА, там ручки, шариковые и перьевые, из коллекции Эмилии БОЯРШИНОВОЙ. «А вот Сергей ДРУГАЛЬ уже не писал ручкой: набирал тексты на ноутбуке AST» — показывает одно из первых чудес компьютерной техники в Екатеринбурге заведующая Музеем «Литературная жизнь Урала ХХ века» Юлия ПОДЛУБНОВА.
«В склянке тёмного стекла из под импортного пива роза красная цвела…» Материализовавшейся строчкой Булата ОКУДЖАВЫ, который не раз и не два бывал в нашем городе, судьбой связан с Уралом, продолжает цветение та самая роза на письменном столе, теперь музейном экспонате. Директор объединённого Музея писателей Урала Валерий ПЛОТНИКОВ ставит эту пластинку на диск раритетной радиолы, современницы шестидесятников, потом другую, третью, и вот льётся песня: «Белым снегом, белом снегом ночь метельная ту стёжку замела, по которой…» Песня оборвалась, как оборвалось исполнение песен, издание книг, после того как поэт Григорий ВАРШАВСКИЙ эмигрировал из СССР. Из угла «Лаборатории» за происходящим наблюдает некто, прикинувшийся безобидной полкой с книгами авторов, вступавших на литературную стезю в конце ХХ века: деревянный профиль «литературоведа в штатском».
«Молодая шпана», представленная пластинками и книгой «Поэзия уральского рока», уж точно не прошла мимо всевидящего ока. Но выжила и спела, что хотела. Правда, дожили не все. Научный сотрудник музея Мария БОГАЧЁВА показала в витрине листочки со штампом «Уральский государственный университет». Сочинение о чеховском творчестве написал на вступительном экзамене в УрГУ Александр БАШЛАЧЁВ. На «отлично», кстати, написал…
С помощью интерактивного монитора мы можем познакомиться с каждым, живым и ушедшим из жизни, из героев этой экспозиции. Прочитать биографию, услышать и увидеть интервью, даже фрагменты фильмов посмотреть — документальных, художественных, анимационных. А в «магическом зеркале», стоит хлопнуть в ладоши, появятся лица волшебников слова. В «Лаборатории писателя» — 200 имён.
Из пишущих машинок выходят на волю листочки рукописей, вздымаются невидимым вихрем, и вот уже они под потолком, словно белые птицы, — в безликих одинаковых переплётах. «Стая» приземлилась на ветки-полки книжного древа и обрела «оперение». Они все разные, эти книги-птицы, они все — с именами писателей и собственными именами. Они добрались до конечной цели, долетели до нас — до читателя. Их можно взять в руки и «приручить» — прочитать. Книги экспозиции — в открытом доступе. Их подарили музею сами писатели. Сейчас осень, и за окном в музейной стене, около которого «зависла», как компьютерная программа, писательская муза, тоже осень. Нарисованная. Будет зима, и окно нарисует зиму. А муза никуда не денется. Она прилетела из второй половины ХХ века и задержалась навсегда в «Лаборатории писателя». Здесь из подлинных деталей, провоцировавших вдохновение и мысль, складывается то, что читатели называют магией писательства, а писатели просто — трудом.
