Петров, скажи? Да, несомненно!

Для начала — три факта. Факт первый: из-за недофинансирования со стороны областного ТФОМС город вынужден сократить общую сумму бюджетных расходов на медицину более чем вдвое. Факт второй: депутат Госдумы РФ Александр ПЕТРОВ, он же — глава «Уральского фармкластера» и организатор сети коммерческих медцентров и поликлиник, публично обвинил администрацию Екатеринбурга в наплевательском отношении к системе здравоохранения. Ну и третий, в копилку к прочим святочным ужасам: областные власти в 2016 году планируют вслед за градостроительными полномочиями отобрать у Екатеринбурга ещё и сферу здравоохранения. Скажете, между этими фактами нет никакой связи? Да как посмотреть…

Господин Петров, признаться, удивил. Ведь городская администрация, ценя его опыт, знания и заслуги, охотно поддерживала его инициативы. В том числе и предоставляла для Центра диализа (один из проектов кластера) муниципальные помещения в аренду — хоть и краткосрочную, зато по льготным расценкам: 337 рублей за кв. метр. И это при средней стоимости коммерческой аренды в 800—1 200 рублей за «квадрат» в месяц. И что делает господин Петров? В первых же строках своего медиадоноса (в телекамеры журналистов, на голубом глазу, на всю страну) обвиняет городскую администрацию в том, что та… дерёт втридорога.

Следующий пункт обвинения касается всё того же Центра диализа, для которого в районе ЖБИ сейчас строится вместительная площадка. Что опять «натворил» коварный муниципалитет? Землю не выдал? Отнюдь. Всего лишь требует внести плату за подключение объекта к инженерным сетям. Ту самую, которую вносят все строители, — ибо таково требование закона. Но и это не всё. Оказывается, городские медучреждения… не закупают в достаточных объёмах продукцию предприятий «Уральского фармкластера»! А разве должны? Как и прочие бюджетные предприятия, они всё приобретают через систему конкурсов и аукционов, которая формализована до мелочей. Имеешь доказательства, что некая закупка осуществлена с нарушением, — тебя с радостью и интересом выслушают и в прокуратуре, и в антимонопольном ведомстве, им ведь надо выполнять «план по наездам на муниципалов». Нет у тебя фактов и доказательств — значит, лучше тебе помолчать.

Ну и последний пункт, апофеоз разговорного жанра, так сказать: детская поликлиника № 1, построенная на деньги кластера в Академическом, видите ли, не приносит доходов, так как школы и детсады микрорайона отказываются с ней сотрудничать. Ещё бы! Ведь на эту поликлинику в администрацию Екатеринбурга до августа 2015 года не поступило ни правоустанавливающих документов, ни заявок на получение лицензии. Да и персонал к началу учебного года тоже не был доукомплектован. Школе или садику связаться с медучреждением без лицензии — подсудное дело для их руководителей.

Словом, возникает очень неприятное ощущение. Спроси любого бизнесмена, и он подтвердит: самая голубая его мечта — сделать так, чтобы рынок сбыта был гарантированным. Чтобы деньги в кассу текли стабильно и предсказуемо, чтоб никаких переживаний насчёт конкуренции. Вероятнее всего, «Уральский фармкластер» создавался в расчёте на то, что депутатский мандат г-на Петрова обеспечит предприятию именно такой гарантированный сбыт государственным и муниципальным медучреждениям. И вдруг не вышло. Потенциальные заказчики Екатеринбурга отказались платить «чисто за корочки». Потому что встали на сторону своих пациентов.

И теперь Петров рьяно поддерживает перевод екатеринбургской медицины в областное владение и ведение — в надежде, что уж минздрав-то обеспечит фармкластеру ожидаемый режим благоприятствования. И этот факт обнажает сокровенную, подлинную причину того, зачем вообще понадобился этот рейдерский захват медицины областного центра. Много говорят, что медучреждения Екатеринбурга могли бы улучшить ситуацию в ближайших пригородах. Например, больницы ОРДЖОНИКИДЗЕВСКОГО РАЙОНА могли бы принять пациентов из Невьянского района, ОКТЯБРЬСКОГО — из Белоярского. Но это лишь часть правды. Другая часть: медицина — это бизнес с огромными оборотами и прибылями. Да-да, и государственная медицина тоже. Медучреждения полуторамиллионного города закупают медикаментов, других товаров и услуг на миллиарды и миллиарды рублей. «Фармакомафия» рвётся к этим деньгам.

Вот отсюда и неожиданная «озабоченность» губернатора состоянием медицины в Екатеринбурге — хотя смертность здесь аж на треть ниже, чем в остальном регионе. Отсюда все истерики навзрыд по поводу пресловутой больницы в Малом Истоке. Добровольных помощников у этой грязной кампании хватает. Люди очень редко помнят, как медики им помогли, их вылечили, — это считается в порядке вещей. Зато малейшую шероховатость помнят и переживают. И наивно верят, что городские больницы станут прекрасны, если их отобрать у мэрии. Этой своей наивностью люди подписывают приговор и себе, и детям своим, и родителям. Хотя могли бы съездить в область, посмотреть, как работают «минздравовские» больницы.

В начале декабря в Красноуфимском районе в ходе затеянной облминздравом оптимизации закрыли больницу на 6 тысяч человек. А в Качканаре сотрудников «Скорой помощи» заставляют подписать новые трудовые договоры (с меньшими окладами, разумеется) — или увольняться ко всем чертям. В Нижнем Тагиле закрылось несколько больниц и диспансеров, уволилось около 200 врачей. Вот об этом депутат Петров, видимо, не знает. А если знает — то не скажет. И невдомёк ему, что в этой дьявольской многоходовке — «отобрать ресурсы—принудить к оптимизации—заявить о плохой работе горздрава—отобрать у города ещё одни полномочия» — не больше чем разменная фигура.