Не так плох водяной, как его малюют

В общем, начитавшись всяческих, исключительно правдивых, свидетельств о водяном, представляю себе его исключительно в виде голого обрюзглого старика, пучеглазого, с рыбьим хвостом и рогами на голове. Да еще с волосьями до пят, с глазами, искрящимися, что твои звезды, с окладистой бородищей по пояс. И это не считая тела, поросшего травой и мохом, черного носа величиной с рыбацкий сапог да лап вместо рук. Резвится этакий красавец в переменчивом лунном свете на поверхности водной глади и горланит во весь свой противный голос: «Эх, жизнь моя, жестянка! Да ну ее в болото! Живу я как поганка, а мне летать, а мне летать, а мне летать охота!»

А все потому, что душа у чудища чистая, нежная, о любви страдающая. Что до внешности, так русский народ давно уже заметил – с лица воду не пить.

Пошалить не дурак

Мы, то есть, о воде. О водной стихии, где испокон веку проживает наш герой. О реках, озерах, прудах… Даже в море без морского царя (то бишь водяного) не обойтись. Там «в самом глубоком месте стоит коралловый дворец… с высокими стрельчатыми окнами из чистейшего янтаря и с крышей из раковин, которые то открываются, то закрываются, смотря по тому, прилив или отлив; это очень красиво: ведь в каждой раковине лежит по жемчужине…». Видит бог, Гансу Христиану АНДЕРСЕНУ сильно повезло. Наверняка он смог хоть один взгляд, да бросить на диво дивное. Иначе откуда бы знал подробности? Хотя что это я, многочисленные детали подводного мира известны любому деревенскому жителю. И каждый расскажет, что море – не море, а в зарослях тростника или осоки выстроены у водяных богатые палаты из ракушек и самоцветных речных камушков. Наиболее же привилегированным местом, помимо омутов, конечно, считается водяная мельница. У самого колеса которой на ложе каменном, лилиями украшенном, сказочный дед обожает устраиваться на ночлег.

Собственно, с чего это вдруг мы решили, что водяной – парень душевный? Вон в мифологии его и злым духом кличут, и воплощением стихии, опасной и грозной, гневлив, говорят, не в меру, обидчив… Быстро топит всех, кто перед купанием забывает осенить себя крестным знамением, да и креста на шее не имеет. Кто бестактно лезет в воду до восхода солнца и после заката (полдень, к слову, тоже не лучшее время). Кто спиртным злоупотребляет. Кто погряз в унынии. В волшебных сказках водяной частенько пленяет царя или купца, когда те пьют из ручья (вариант — родника, колодца), и, по законам жанра — а что вы хотите? — требует у пленника сына в залог. Ах да, необходимо еще помнить, что водяной пошалить очень даже не дурак. Побаловаться, значит. То прогуливается себе по берегу в красной рубахе, то свиньей прикинется, то возьмет образ пудовой щуки. Сома запряжет и прокатится. Купающихся девушек за пятки пощиплет. Репу с крестьянского огорода сворует. Затащит какого-нибудь зеваку на дно и требует, чтоб развлекал. Не проявлять к хозяину воды должного уважения – обрекать себя на беду неминучую: мельницу попортит, рыбу разгонит, невод порвет, шторм нашлет. Так-то оно так… А с другой стороны… с водяным всегда можно договориться. Если не поминать черта близ воды. Не шуметь, не ругаться. Насчет Всевышнего опять же уста крепко запечатать. Всего этого старик страсть не любит.

Но однажды, рассказывают, вытащили рыбаки в сетях ребенка. Оказалось – водяного потомство: томился малыш на суше, грустил и страдал. Отпустили его люди – не злобствовали. Рыба у них с тех пор ловилась превосходно. Другой раз повивальную бабку, что помогала жене разродиться, щедро одарил водяной серебром и златом. А к тому же, поменяет водяной место жительства, пропишется по новому адресу, зарастет пруд ряской, речка высохнет, озеро под землю уйдет. Худо без водяного, тоскливо. Сухо.

Как ни крути, очень нужен консенсус.

В поисках взаимопонимания

А для этого положено знать цикл жизни водяного. Зимой он, например, спит, как медведь в берлоге. Просыпается лишь в начале апреля, с приходом весны. Но если хватит сил дозваться его в прорубь, поможет погадать в святки. Особенно активен нечестивец летом, прежде всего, в праздник Ивана Купалы, в Петров день и в Ильинскую неделю. Он прямо-таки пребывает на пике своих возможностей.

Умасливать водяного надо, прежде всего, накануне пробуждения и перед началом спячки. По весне он страшно зол и сердит, как всякий голодный мужик. Неохотно открывает глаза, потягивается, сладко зевает, встает во весь огромный рост и громко хлопает в ладоши. В этот момент начинает трещать и ломаться весенний лед, и люди уже понимают – пришла пора подарков. Понимают и тащат к воде гостинцы – лошадей, коров свиней, кур, уток. Чем богаты, тем и рады, как водится. Все режется, топится, поливается маслом и принимается во внимание. Но милости не гарантирует. Чтобы не потерять расположения водяного, подкармливать его стоит ежемесячно. В противном случае может и осерчать. Но на Петров день особо подсуетиться стоит рыбакам. А то есть вероятность не только без улова остаться, но и лодку с сетью утратить.

Ближе к октябрю водяной начинает готовиться к зиме. В это время года он, уже сонный, добрее, спокойнее, даже как-то покладистее. Подводит итоги летней кампании и решает вопросы благоустройства на зиму. В третьей декаде октября забивается в самое глубокое место, укутывается тиной и погружается в долгий спокойный сон. До весны.

К слову, первую пойманную по весне рыбу лучше пустить обратно в реку, отреверансив, таким образом, тому, от кого улов зависит. А еще рыболовы делают вот что: покупают у цыган самую негодную кобылу, три дня откармливают хлебом и конопляным жмыхом. Потом вымазывают голову медом с солью, в гриву вплетают множество красных лент, ноги спутывают веревками, на шею привязывают жернова. Ровно в полночь опускают животное в прорубь, если лед еще держится, или топят его посередь реки, если от льда остался один помин.

Особые отношения у водяного с мельниками. Как и рыболовы, те пребывают в большой зависимости от воды, и в первую очередь от ее хозяина. С которым, честь честью, стараются дружить. В самом деле, если мельник не будет угождать водяному, плотину придется чинить бесконечно. А кому охота? Так что мельники и хлеб в воду кидают, и водку льют. А кое-где и запоздавшего пешехода могут пристроить. Жертва, между прочим, всегда выбирается под хмельком. Чтоб можно было легко объяснить неосторожное падение.

В качестве оберега мельники обычно носят при себе шерсть черного козла, а самые многоопытные бросают под мельничное колесо мыло, шило и петушью голову. Можно зарыть под дверь черного петуха и три стебелька ржи с двумя колосьями. Но сойдет и лошадиный череп, брошенный в воду. Черная кошка на мельнице тоже будет весьма кстати. Ведь водяной к черному цвету предрасположен.

Время ушло

Не так плох водяной, как его малюют. Благодарен. И сердце его вроде бы открыто для жалости. Только вот время всякой нечистой силы уже уходит. В привычную жизнь, продолжавшуюся тысячелетиями, вносит свои коррективы неизбежный научно-технический прогресс. Чистые воды помутились от промышленных стоков. Водяные мельницы канули в историю. Рыбаки «охотятся» на оснащенных крепких судах. А жители деревень, особенно образованные, посмеиваются над бабушкиными суевериями, и никаких жертв никаким царям преподносить не собираются. Разве что в шутку.

И только старая-старая сказка напоминает – «у дворца был большой сад; там росли огненно-красные и темно-голубые деревья с вечно колеблющимися ветвями и листьями; плоды их при этом сверкали, как золото, а цветы – как огоньки. Земля была усыпана мелким голубоватым, как серное пламя, песком, и поэтому там на всем лежал какой-то удивительный голубоватый отблеск». Так жили цари подводного мира.