Дорога
С удовольствием бываю в гостях у своих челябинских друзей, и ездил бы чаще, кабы не дорога – длинная и скучная – аж три часа за рулем.
Другое дело отпускные поездки за тысячи верст – тут почему-то включается иное восприятие времени и пространства. Ты садишься – нет, ты входишь в автомобиль, как в дом, в котором тебе предстоит прожить несколько дней, поворачиваешь ключ в замке зажигания и погружаешься в иную стихию, где цель – ничто, движение – все.
Утрирую, конечно, я и в прежних дальних поездках загодя прикидывал маршруты и примерный километраж, а на этот раз и вовсе расписал все до деталей, но видеть в дороге только расстояние между пунктами А и Б – контрпродуктивно, только изведешь себя ожиданием финиша. Дорога – самостоятельная ценность, уникальный способ постижения родной страны и иных государств.
Фрагменты и целое
Впервые очарование дороги я ощутил семь лет назад в автобусном туре по Европе, наблюдая, как постепенно и неотвратимо острые серые крыши Нормандии и Бретани вытесняются почти плоскими черепичными кровлями Страны Басков, как по мере углубления в Альпы виноградники сменяются пастбищами… А у нас! Лесисто-гористый уральский ландшафт окрестностей Михайловска и Артей плавно уступает место округлым холмам восточной Башкирии, затем заволжским (если смотреть с правого берега) степям. Реки, мосты, перелески, горбатая, как профиль верблюда, дорога вдоль Волги и плоские, как огромная желтая лужа, Сальские степи, в свою очередь переходящие в Кавказ...
На самолете ты прилетаешь в конкретную точку и видишь ее в статике. Можешь, налетавшись, оценить многообразие мира, но его единство, его неразрывность – никогда. Поезд – полумера: ночью ничего не разглядеть, днем ешь, пьешь и читаешь, в паузах бросая взгляд на картинки, бегущие где-то сбоку. Кто-нибудь видел из поезда Уральский хребет – таким могучим и таким по-домашнему надежным, каким он встает перед ветровым стеклом на исходе Башкирии?
Пассажирам, вроде бы, дано увидеть больше: им дозволено вертеть головой, всплескивать руками, ты же многое фиксируешь периферийным зрением, будучи не вправе отрывать взора от дорожного полотна, местами полного подлянок. Зато они, устав от впечатлений и тряски, периодически погружаются в сон, и их восприятие дорожной действительности становится дискретным, утрачивает целостность. Ты же или не спишь (для чего периодически награждаешь себя пощечинами, щиплешь за ляжки и даже громко подпеваешь Визбору из CD-проигрывателя) и видишь природные метаморфозы во всей их непрерывности, либо никаких заметок больше уже не пишешь.
После двух поездок на Северный Кавказ нынче мы с женой и дочкой рванули через Пермь и Казань на российский Северо-Запад, прихватив Латвию и Белоруссию, в промежутке между последними исколесив Литву. На обратном пути взяли южнее: через Муром, Арзамас, Ульяновск и Уфу. Что касается видимых с дороги природных красот, то западнее Казани их гораздо меньше, чем в наших краях, дорога, в основном, плоская, обрамленная либо лесом, либо лесополосами. Но, утратив функцию колеса обозрения, дорога сохраняет функцию нити, на которую нанизываются города, страны, архитектурные шедевры, встречи со старыми и новыми знакомыми. Без дороги – это россыпь драгоценных камней. С дорогой – ожерелье.
А вместо сердца – пламенный мотор
Ежедневные поездки на работу и еженедельные на дачу помогут в накоплении водительского опыта, но никогда не дадут ощущения полного слияния с машиной. Лично у меня этот удивительный момент наступает через 300 – 400 км сплошной езды. Становишься каким-то киборгом, функционирование которого построено на равноправном взаимодействии левой руки и правого заднего колеса, печени и инжектора. Ты не ведешь автомобиль, ты со всеми твоими лошадиными силами сам едешь по дороге, непроизвольно морщась на каждой выбоине от боли в старых ступицах. До смешного доходит. Например, первая реакция на предложение остановиться перекусить: «Какое перекусить, я ведь полчаса как полный бак залил?!»
Других участников движения тоже воспринимаешь целостно: «Этот наглый синий Renault сегодня допрыгается», «Тому КамАЗу давно пора морду набить»… Вообще КамАЗы – самые мерзкие персонажи на дороге. Во-первых, смердят немилосердно (впрочем, и некоторые грузовые Volvo и MAN умудряются разрегулировать свои дизеля до такого же состояния), а во-вторых, они дохлые, и (особенно когда с прицепом) зависают на подъемах на скорости 10 – 15 км/час, собирая за собой нервные толпы путников, связанных по рукам либо сплошной линией разметки, либо сплошным встречным потоком. Кстати, интенсивность встречного потока зачастую влияет на твою среднюю скорость больше, чем обилие медлительных попутчиков.
Иногда удается выстроить график поездки так, чтобы снизить «зафуренность» трассы, но чаще это просто вопрос везения. Что делать? Главное, не дергаться, не пытаться обогнать всех и сразу – пустой номер: выбравшись из одного каравана, тут же уткнешься в хвост следующему. Терпи и жди момента, воспринимай «фурье» как данность, как проявление стихий вроде тумана и гололеда. И попытайся понять того, в чьем восприятии ты сам – суетливый планктон, вечно путающийся под ногами. Взаимопонимание – основа мирного сосуществования.
Удовольствие оплачено риском
Самого пока Бог милует, но сколько свежих последствий тяжелых аварий пришлось видеть на трассах… До сих пор помню «десятку», «зажеванную» полуприцепом фуры на широкой и ровной дороге под Уфой. А в этом году на четырехполосной «ленинградке» где-то в Тверской области за полтора часа до нашего появления произошло вообще нечто страшное. Такая картина: тяжелая фура, шедшая со стороны Питера – опрокинута в кювете встречного направления, кругом на десятки метров раскиданы 5 или 6 легковушек всмятку – только в одной, судя по характеру повреждений, могло обойтись без погибших. Тем более пожар. В Интернете потом ничего не нашел (неужели фильтруют и такую информацию?), сам же предполагаю, что либо у фуры рулевое отказало, либо «фурер» уснул – вот и пошла она влево наискосок, собирая встречных и попутных… И будь ты хоть профи из «Формулы-1», не факт, что увернешься.
Еще б дороги были в нормальном состоянии. И такие есть. Не только в Германии и Австрии, где мы колесили в прошлом году на машине наших друзей, но и, например, в Башкирии, в Самарской области, в Подмосковье. Однако чаще реальность наводит на мысль о некой цикличности: летом дороги чинят, зимой они приходят в негодность, летом их…
Из всей поездки в худшую сторону отмечу Пермскую и Ульяновскую области, в лучшую, извините, Литву и Белоруссию. Причем речь не только о магистралях. В Литве, например, много проехал по местным, можно сказать сельским дорогам – старым, изукрашенным многочисленными заплатами. Но – ни одной (!) пропущенной выбоины. А вот в Казани на одной из центральных улиц с трамвайным и автобусным движением столкнулся с асфальтированным бездорожьем, какому и бездорожье природное не соперник. Весь автотранспорт там тяготел именно к рельсам, ибо в промежутке между ними ямы были умеренной глубины, в пределах 30 сантиметров.
Кажется, это в Чувашии придумали эффективный способ обрывать колеса. На многокилометровом отрезке федеральной трассы М 7, попавшем в зону ремонта (хотя работников – ни души) фрезой выбраны не сплошные участки покрытия, а сотни мелких фрагментов: под правое колесо, под левое, под оба разом и со сдвигом – автослалом рано или поздно заканчивается ударом по амортизаторам.
Можно, конечно, и не ездить.
И не друг, и не враг, а так
Навигатор может быть помощником, но единомышленником – вряд ли. В последней поездке я пользовался двумя навигационными программами, и обе не отличались совершенством. Одна увела меня вместо нового западного обхода Ижевска на невразумительный восточный, другая пыталась затащить в центр Ульяновска к старому мосту через Волгу, а когда я все-таки, пользуясь «домашними заготовками», поехал к новому, она забилась в истерике, особенно в тот момент, когда мой фордик, как ей казалось, пересекал реку вплавь – нового моста, открытого в 2009 году, она (обновленная в 2012-м!) не знала.
И по Питеру я ездил по-своему – там, где ближе и к тому же интересней, и с трассы М 5 свернул на Екатеринбург по кратчайшему пути через Михайловск, отбив многочисленные попытки навигатора правдами и неправдами направить меня в сторону Челябинска. А во Владимире и Клайпеде навигатор без тени сомнения вел меня под знаки, запрещающие движение. Зато каждое превышение допустимой скорости через секунду после проезда ограничительного знака сопровождалось нотацией дисциплинированной программы.
Еще до поездки с помощью карт Google и Yandex я составил своего рода «легенду трассы» с советами самому себе, где лучше проехать, на какую улицу повернуть и т. д. – их мне зачитывал по ходу движения «дежурный штурман» – тот из членов семьи, кто в данный момент находился на переднем сиденье. Очень полезная штука! А во время сильнейшей грозы в Белоруссии, когда навигатор потерял все спутники как раз в тот момент, когда я местными дорогами перебирался с одной магистрали на другую, легенда была единственной опорой, так как атласом автодорог этой страны я не обзавелся.
Были и случаи, когда навигатор реально помогал. Например, зевнул я нужный поворот, и вместо центра Каунаса пошел на Варшаву – именно «нави» указал дорогу, по которой я смог выбраться в нужную точку, причем с изумительным видом на город с другого берега Немана. Случались и моменты полного совпадения взглядов: так, замысловатый путь к Старому городу Вильнюса я и «нави» проложили одинаково. Но и в таких случаях есть разница: или тебя ведут за руку, как слепого, или понимаешь, где едешь. Не каждый, разумеется, настолько увлечен грядущим маршрутом, чтобы писать себе легенды, да и пресен путь без экспромтов, но иметь под рукой максимально подробную карту настоятельно рекомендую.
