«Уровень бреда превысил уровень жизни»

Запись выступления на состоявшемся в последних числах марта Московском экономическом форуме (МЭФ) главы хозяйства «Галкинское» Камышловского района Свердловской области Василия МЕЛЬНИЧЕНКО продолжает бить рекорды по просмотрам в Интернете.

Наш земляк фермер в очень доходчивой форме объяснил министрам и научным экспертам, что так, как живут сейчас в уральском селе, жить нельзя, а вести дело и вовсе накладно.

«Как мне жить там, в деревне, при зарплатах людей 3, 5, 7 тысяч рублей?» — вопросил он. И продолжил: «У меня на сегодняшний день в районе как минимум 20 контролирующих организаций (учреждений). При том, что я строю всё, что работает, все приходят и, вы знаете, как будто из вредности, как будто в некой инструкции написано, чтобы всем стало хуже! И начинается — 126 тысяч рублей за аттестацию рабочих мест, 200 тысяч туда, 300 тысяч туда» И констатировал: «Никакой поддержки развития предпринимательства на селе не существует на сегодняшний день!»

Живут в уральской деревне плохо

Сразу оговорюсь: Мельниченко, по-современному, «герой труда», руководит достаточно успешным предприятием, также он автор проекта «Новое село — новая цивилизация», его проект по развитию северной части Камышловского района лет пять назад стал победителем всероссийского конкурса развития сельских территорий — то есть на МЭФ он был приглашён совсем не случайно. И он знает, о чём говорит. И не верить ему, что живут в уральской деревне плохо, у меня лично нет причин.

Ну а то, что природный народный юмор и аллегоричность в суждениях становятся единственными спасителями в самых бредовых ситуациях, также характеризует многострадальный российский народ, живущий в глубинке. Выступление Мельниченко достойно того, чтобы его просмотреть полностью, — но даже выдержки, которые я приведу в конце этих заметок, уверен, доставят вам массу удовольствия.

Однако не только на селе — и в малых городах уральских с нормальной человеческой жизнью большие проблемы.

Как передаёт корреспондент Агентства политической информации из Красноуральска, «складывается такое ощущение, что местные и областные забыли о том, что в Красноуральске уже неделю продолжается голодовка бывших работников ОАО «Энергозапчасть» — «Власти «забили» на голодающих в Красноуральске: не выходят на контакт», гласит заголовок АПИ.

А дело в том, что на предприятии, где работникам задолжали по зарплате 15 млн. рублей, продолжается голодовка. «Состояние здоровья всех участников акции протеста оставляет желать лучшего», так как «люди голодают в неотапливаемом помещении, с крыши которого течёт вода, они не только истощены, но ещё и простужены», — пишет корреспондент и для полноты картинки приводит слова представительницы инициативной группы голодающих — Татьяны: «Все люди находятся в полуобморочном состоянии. Чихаем, кашляем. А наш бывший директор Сергей ИСТОМИН ещё и масла в огонь подливает. Говорит, хоть до мая сидите, теперь вам из принципа деньги не выплатим».

Согласитесь, тоже яркое заявление, характеризующее жизнь и нравы в уральской глубинке, а также отношение начальников и властей к людям.

А в том, что жизнь на Среднем Урале становится не лучше, а, скорее, хуже — во всяком случае, за пределами Екатеринбурга это так и есть, — убеждают и статистические данные о структуре располагаемых ресурсов домашних хозяйств в Свердловской области, которые недавно обнародовал Свердловскстат.

В общем объёме располагаемых ресурсов домашних хозяйств (берутся за 100%) доля валового дохода в последние годы неуклонно снижается — с 92,7% (2009 год) до 82% (2012 год). Уменьшается и доля денежного дохода — с 89,4% (2009) до 79,1% (2012), и натурального дохода — с 3,4% (2010 год) до 2,9% (2012). Зато доля привлечённых средств и израсходованных сбережений — растёт: с 7,3% в 2009 году до 18% в 2012 году.

Натуральное хозяйство не кормит

Выходит, что в уральских малых городах и сёлах люди не могут ни заработать, ни прокормиться за счёт натурального хозяйства (оно ведь тоже требует вложений — а где их взять?!), значит, народ вынужден брать взаймы либо тратить накопленное ранее. Понятно, что взяв сегодня кредиты, очень скоро, при отмеченном статистикой падении доли денежных доходов и натурального хозяйства, многие жители Среднего Урала рискуют только ухудшить своё материальное и финансовое положение. Сбережений не останется, а занятые деньги надо отдавать с процентами — из чего?

Складывается ощущение, что все положительные моменты, на которых не преминут в каждом отчёте о ситуации на Среднем Урале сделать акцент областные начальники, базируются и формируются в нескольких, и весьма немногочисленных, территориях региона — и это, естественно, Екатеринбург и пара-тройка городов его агломерации. За пределами этой агломерации жизнь попросту застыла, а в большинстве местностей и вовсе деградирует.

И эта разница настолько уже бросается в глаза, что даже на федеральном уровне её не просто заметили — там, по сути, этой разнице ужаснулись. И это вынуждает делать уже и определённые выводы. В прямом смысле указывать руководству региона: посмотрите на пациентов, которые вот-вот и на ладан задышат, а не выводите «среднюю температуру по больнице», ориентируясь на вполне себе здоровых.

Владимир ПУТИН так прямо и сказал губернатору Евгению КУЙВАШЕВУ во время недавней личной встречи: ««Город [Екатеринбург] становится лучше и внешне, и более качественные услуги предлагает гражданам», — сказал Президент и тут же перешел к критике: «Но совершенно очевидно, что по многим другим крупным городам области ещё многое нужно сделать».

Действительно, если в Екатеринбурге, по данным Свердловскстата, средняя зарплата по полному кругу крупных и средних предприятий составила по прошлому году  33 473 рубля, то на аналогичного типа предприятиях в городах области в пределах 13 000 —15 000 рублей, — разве это нормальная жизнь?

То, что проблемы в уральской глубинке серьёзные, и даже представляют опасность национальной безопасности, подтверждает и демографическая статистика. В Екатеринбурге, например, уже несколько лет подряд рост рождаемости и снижение смертности — вот и в  январе—феврале этого года в уральской столице на свет появилось 3 208 детей, ушли из жизни 2 783 человека, естественный прирост населения составил 425 человек.

Область вымирания

В Свердловской области в целом количество умерших по итогам первый двух месяцев года (10 629) превысило число родившихся (10 003) на 626 человек. То есть, за вычетом областного центра, имеет место естественная убыть населения. Вымирает область, говоря проще. Во многих местностях демографическая ситуация просто-таки катастрофическая. «Умирают» не только деревни и сёла, пустеют города — на фоне всевозможных «концепций роста», выдвигаемых с чиновных и депутатских трибун.

Вот об этом самом говорил на МЭФ уральский фермер Василий Мельниченко.

Какой вывод из этого можно сделать? Вроде бы напрашивается такой: областной власти надо срочно, не отвлекаясь на мелочный контроль Екатеринбурга, где и так всё сравнительно хорошо, заниматься глубинкой. Иначе завтра уже заниматься будет нечем.

Но, похоже, у областной власти логика совсем другая. Там, судя по всему, по-прежнему убеждены, что социальные проблемы глубинки можно если не решать, то хотя бы купировать, заливая деньгами, отнятыми у областного центра. Сегодня из каждого рубля налогов, собираемых в Екатеринбурге, самому городу оставляют лишь 16 копеек. Большая часть остального остаётся в областном бюджете. И почти назад не возвращается. В конце прошлого года много говорили об областной программе «Столица». Увы, обещания закончились ничем — сначала программу разделили между министерствами, теперь те с подозрительной солидарностью уклоняются от исполнения обязательств. Какое там развитие чего-то, если область игнорирует прямое указание Генпрокурора Чайки скомпенсировать задолженность Екатеринбурга перед поставщиками энергоресурсов, которая сейчас составляет более 3,5 миллиарда рублей. Аналогичным образом область «кинула на бабки» город в сфере общественного транспорта: в убыток себе городские транспортники предоставляют пожилым людям безлимитный месячный проезд за плату, эквивалентную размеру монетизационной выплаты. Убытки тоже должна компенсировать «область» — но не делает этого.

Но чем может закончиться политика выдаивания областного центра? Проблемы городского хозяйства уже становятся тормозом в развитии бизнеса. Кроме того, молодые, активные горожане всё более массово уезжают туда, где можно получить более комфортную городскую среду. И это ещё один удар по будущему города.

А если Екатеринбург рухнет — то рухнет весь Большой Урал…

Как и обещал, предлагаю вашему вниманию самые яркие цитаты из выступления уральского фермера — по тексту с сайта МЭФ. Наслаждайтесь.

Из выступления Мельниченко

— Мы провели буквально позавчера заседание правления своего хозяйства. Конечно, в первую очередь выразили своё возмущение действиями Европы по Кипру. Похоже, мы сеяться уже не будем через это — некогда будет заниматься. (Аплодисменты.)

— Мы закончили 2012 год очень печально. При неплохой урожайности, при неплохой ценовой, в общем-то, как мы считаем, политике (мы продали картофель по 6 рублей, зерно по 7 рублей — считаем это хорошим) мы не можем платить заработную плату! За последние три года электроэнергия выросла в 2,5 раза, дизельное топливо — в 2,5 раза. Это выросло, а цена на сельскохозяйственную продукцию осталась та же, что была в 2009 году.

— Что касается выступления Клепача [заместитель министра экономического развития Андрей КЛЕПАЧ. — В.Т.] по росту. Возможно, он есть. У нас в районе тоже как бы что-то растёт. Открыли 4 детских дома за последние несколько лет. Четыре богадельни — дома престарелых. В прошлый год заложили прекрасную тюрьму на 2 000 мест. (Смех, аплодисменты).

— Построили свинокомплекс «Уральский». Действительно, вроде планируется рост большой. Но мы помним, как строили в 1980-х комплексы: ни один из них уже не работает.

— Наше хозяйство занимается овощами. Выращиваем мясо. Нас цены устраивали. Как я уже говорил, не устраивают тарифы. Не могу идти в банк — у меня фамилия, видимо, не подходит туда, потому что: что Путин, что Медведев, что Мельниченко приди, никакой кредит тебе не дадут, а тем более льготный. Не дают кредиты для села. Нечего заложить. У этих кредитов настолько высокий процент, что мы неконкурентоспособны.

— Хотим, в общем-то, выработать чёткую экономическую программу. Может, даже и социальную. Потому что, по большому счёту, уровень бреда уже превысил уровень жизни в России, на самом деле. (Аплодисменты).

— Смотрю телевизор. С одной стороны, вроде что-то изменилось. То всё были катания на льду босыми ногами, то потом Боря Моисеев круглые сутки поёт. Теперь, правда, нам сериал про невест Сердюкова показывают, что приятно тоже смотреть. Но что не хотелось бы, чтобы так было.

— Мы говорили, долго запрягаем свою эту, как его — тройку! Так, может, мы не тех лошадей запрягаем в тройку! (Смех, аплодисменты).

— Как мне жить там, в деревне, при зарплатах людей 3, 5, 7 тысяч рублей? Вот когда у нас депутаты уже действительно честно возмущаются, что «160 тысяч рублей — маленькая зарплата»! (Единичные аплодисменты.) И они правильно говорят! Нам бы тоже хотелось чуть-чуть больше, как бы, да? (Смех в зале).

— Вы купили, если пошли в магазин, туфли, и у вас они жмут — вам какое дело до того, что мир широк? (Смех в зале).

— У меня на сегодняшний день в районе как минимум 20 контролирующих организаций (учреждений). При том, что я строю всё, что работает, все приходят и, вы знаете, как будто из вредности, как будто в некой инструкции написано, чтобы всем стало хуже! И начинается — 126 тысяч рублей за аттестацию рабочих мест, 200 тысяч туда, 300 тысяч туда. Никакой поддержки развития предпринимательства на селе не существует на сегодняшний день!

Видео: youtube.com